Славная Братислава, чопорная Прага, пышный Будапешт, блистательная Вена и не верящая слезам Москва

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ «УВЕРТЮРА К ФИЛЬМУ»

Золотое Перо Руси

Музеи сказок

Дни Доброты

Солнечный храм

Конец увертюры

ЧАСТЬ ВТОРАЯ «СЛОВАКИЯ»

Перелет и встреча

 РЦНК в Братиславе

Старя Братислава

Оперный театр

Новая Братислава

Тренчин

Жилина

Куда я не попала

Уроки Доброты. Мастер-класс. Открытие музея сказок в Словакии

Русский бал в Братиславе

Имена

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ «ЧЕХИЯ»

В дороге

РЦНК в Праге

Неприветливая холодная Прага

Торт Прага в Праге

Размышления возле Пражского торта

Традиция балов

Собор Святого Вита

Библиотека Страговского монастыря

Часы мастера Гануша

Дом доктора Фауста

Вожделенное чешское пиво

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ «ВЕНГРИЯ»

Подарок весны

Экскурсия  по телефону

Мадьярорзаг

Ватрушка Венгерская в Венгрии

Когда времени совсем нет

Самое большое разочарование Будапешта

ЧАСТЬ ПЯТАЯ «АВСТРИЯ»

Хайнбург

Царнунтум

Вена

Суши на ленте

Собственно, достопримечательности

Легенда о Василиске

Легенда о пьянице

Легенда о дереве

Послесловие о Братиславе

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ «РОССИЯ»

 

 

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ «УВЕРТЮРА К ФИЛЬМУ»

Если уж начинать грандиозное путешествие, так уж с нулевого меридиана. С точки. Точки сборки. Как начиналась наша жизнь, а потом закручивалась за годом год. Кольцо – за кольцом. А где он этот нулевой меридиан? Где точка опоры, уперевшись о которую великий математик и философ хотел перевернуть Землю? Где та гора? Пять холмов Москвы? Татры в Жилино? Альпы в Австрии? Карпаты в Братиславе? Или нулевой меридиан под Михалской браной? Или это всего лишь наше сердце?

Преамбулу к материалу можно давать, а можно не давать. Начать репортаж словами – «Мы встретили его в поле: Здрасьте, товарищ, Зефиров!»

Но тогда будет непонятно, что за идея такая «День Доброты», зачем это писатель Светлана Савицкая при жизни потворствует открытию своих музеев. Причем здесь Солнечный храм и Национальная литературная премия Золотое Перо Руси. Тогда на вопросы придется отвечать после. А посему, прослушайте «увертюру к фильму», в которой «все включено», все темы и лейтмотивы, даны все точки соприкосновения.

ЗОЛОТОЕ ПЕРО РУСИ

 Награды бывают разные. За заслуги. И за предыдущие заслуги. Эта оказалась щедрым авансом на будущую деятельность. Десять лет назад был вручен первый знак,  выполненный из чистого золота в виде символа пера с двумя буквами СП, Союз писателей и короткой надписью «Перо Руси». В сертификате значилось «За развитие сказочного жанра в Подмосковье». В то время на телестудии «Московия Восток» шла трансляция передачи «Сказы Богородского уезда», автором и ведущей которой была я. Сама придумывала сказки, сама их отрисовывала перед экраном во время чтения, сама пела к ним песни, аккомпанируя на гитаре, фортепиано или синтезаторе. И так за три года по три раза в неделю вышло более 300 оригинальных авторских передач, которые имели высокие рейтинги.

Через несколько лет, вглядевшись в индивидуальное ювелирное изделие, эксперт по продвижению СМИ на территории РФ Александр Бухаров придал идее международный статус. Был объявлен сначала Всероссийский, потом Международный конкурс Национальная литературная премия Золотое Перо Руси.

С тех пор ежегодно в ней принимает участие около 2500 человек по 15-20 номинациям из 69 стран мира. Были награждены Золотыми перьями Евгений Евтушенко, Римма Казакова, Михаил Ножкин, Валерий Чудинов, Михаил Задорнов, Николай Сличенко и еще более 100 талантливых литераторов. В жюри работают председатели Союзов писателей разных стран, профессора литинститута, известные деятели искусства. В 2010 году проект отмечал свое десятилетие. Самым достойным были вручены дополнительные награды в рамках Золотого Пера Руси – медали на постаменте «Лучшему автору нового тысячелетия». Образовалась международное «Содружество литературных сообществ», которым я руковожу.

МУЗЕИ СКАЗОК

Популярность – большая ответственность, особенно перед учителями, когда-то дававшими тебе уроки в школе, где ты рос. Ольга Зосимовна Проценко, встречая меня на разных творческих вечерах, просила слезно: «Светочка! Пожалуйста, принеси свои первые публикации для нашего школьного экологического музея!» Мои обещания принести все, что касается творчества с целью примера подрастающему поколению, длились ни много ни мало пять лет. Терпение ее лопнуло, и учительница стала настойчиво названивать мне по домашнему телефону. Совесть моя проснулась. Собрала, что было –  пионерский галстук, комсомольский значок, публикации, начиная с 1978 года, изданные книги, гербарии, сделанные во время разных поездок по городам и весям с мужем военным, подшивку газеты «Молодежь Московии», главным  редактором который я в то время являлась, и понесла в школьный музей. Но по пути заехала в Балашихинский отдел по культуре с целью передать им газеты с материалом о них. И тут заместитель по культуре Марина Анатольевна Чернова возмутилась, мол, как это так, «Вы принадлежите всему Подмосковью, почему это вашим достоянием будет пользоваться только одна школа. Мы сделаем вам отдельный музей».

Идея была более чем смелая. Учитывая злоязычие писателей, художников и бардов, «которые не любят друг друга», музей при жизни мог грозить серьезным скандалом. Вот только, наблюдая картинку системы современных библиотек и ощущая на собственных детях утерю интереса к печатному слову, я согласилась организовать музей сказок в одной из библиотек.

Экспозиция наполнилась быстро. Экспонаты к моим сказкам дарили друзья и знакомые из разных городов и стран. Приносили читатели. Мы стали проводить на новой площадке Дни Доброты и акции Солнечный храм. И встречи с интересными людьми и творческие вечера писателей и поэтов. Жизнь первого музея стала привлекать множество детей, послов из разных стран и СМИ. Вслед за ним открылись музеи в Татарстане, Мордовии, Сербии, Рузе, Украине. Всего 15 точек. Однажды Балашихинская администрация попросила помощи сделать такие же уголки сказок еще в трех библиотеках, дабы спасти их от закрытия. Мы семьей неделями мастерили кукол и огромных медведей с человеческий рост и поделки из ракушек, подключили спонсоров и друзей. И – О! Счастье! Появление музеев сказок в Салтыковке, Никольско-Архангельском и на 3 Балашихе, спасли детские библиотеки от сокращения. А дети получили дополнительное место для своего развития.

ДНИ ДОБРОТЫ

Однажды наш друг, скульптор Григорий Потоцкий провел День Доброты на Гоголевском бульваре напротив своей мастерской. Идея нам понравилась. Дни Доброты стали регулярно проходить у нас во всех музеях сказок. Обычно это чтение новых литературных произведений на тему доброты, концерты детей. Конкурсы рисунков, фотографий, кукол и поделок. Рисунки на асфальте взрослыми и детьми на заданную тему. Другие веселые конкурсы. К нам приезжали такие интересные гости, как Юрий Куклачев со своей кошкой Сосиской, Бисер Киров, космонавт Сергей Рязанский, готовившийся к полету на Марс, путешественник Валентин Ефремов, директор заповедника Кедровая падь из Приморья Сергей Хохряков, Лариса Лужина и много других.

СОЛНЕЧНЫЙ ХРАМ

Валерий Липенков несказанно удивился тому, что есть музей чертей. Люди, дивятся злым силам, забыв о добре. Он создал музей Солнца в Новосибирском академгородке.  И мы стали дружить музеями, совершая совместные акции. Они проходят очень похоже на Дни Доброты, только там фигурирует солнце. Это конкурсы на лучшую солнечную фотографию, рисунок, резьбу по дереву или поделку. Самым солнечным людям, помогающим талантливым детям и взрослым, несущим положительный заряд для всего человечества, мы подготовили специальные дипломы и медали «За солнечную деятельность». В рамках акции «Солнечный храм» мы производим также по разным городам награждения литераторов литературными премиями от Союза писателей РФ, наградами от Национальной литературной премии Золотое Перо Руси за то или иное произведение или организаторов крупных международных конкурсов и акций.

КОНЕЦ УВЕРТЮРЫ

Зная всю эту информацию, РЦНК в Словакии предложил нам площадку под своим крылом для бурной и кипучей деятельности, не ограничивая по времени и месту пребывания. Планировалось провести встречи с детьми и взрослыми читателями, и День Доброты, и Акцию Солнечный храм, и награждение от Национальной литературной премии Золотое Перо Руси словацких литераторов, и открытие нового музея сказок Светланы Савицкой в Словакии при посольской школе.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ «СЛОВАКИЯ»

Заграница начинается для человека из России с загранпаспорта. Процедура несложная, если ты прозрачен и трудовая книжка твоя чиста, как «Пионерская правда». Тогда уже через 20 дней после заявления, тебе в ОВИРЕ выдадут «серпастый молоткастый» по прежнему красный, только вместо серпа и молота на корочке у раздвоенного орла в лапах — скипетр  и держава. Теперь, «засовывая свою краснокожую паспортину в пространство широких штанин» можно смело произнести: «Читайте, завидуйте …» прямо по Маяковскому.

Шенгенскую визу можно добыть несколькими путями. Первый самый простой. Заплатить около 200 евро, и вам ее сделают через интернет без вашего присутствия, причем доставят на дом. Путь второй. Купить турпутевку. И с нею вам откроют визу вдвое дешевле. Третий путь – вам пришлют приглашение из страны Шенгенского договора. Если в этом приглашение будет стоять строчка – «культурный обмен», ваша виза достанется вам бесплатно, и вам ее закатают тонким слоем в загранник.

Вы можете столкнуться в интернете с интересным моментом. Процесс при любом консульстве любого посольства в РФ делится как бы на две части. Все люди, путешественники, художники, переезжающие по родственным проблемам разных национальностей – это один процесс. И депортированные евреи – другой. Поэтому, очень внимательно отнеситесь к своей родословной, и решите для себя «депортируетесь» вы или нет, чтобы понять стоять в очереди со всеми, или нет.

Но нам пришлось отстоять со всеми.

И еще одно удивление. Чтобы попасть в Словакию, вам нужно купить билет на самолет до Вены, столицы Австрии.

ПЕРЕЛЕТ И ВСТРЕЧА

17-е февраля 2011 года. За макушками деревьев угадывается солнечный  свет. В Москве -27. Мотор нашего Жигуленка упорно не хочет согреваться. Окна мгновенно покрыты ледяными узорами недосмотренных снов. МКАД движется медленно. Похоже, соседние автомобили тоже просыпаются с трудом. На обочинах ненавязчивые рекламные щиты, после перестройки ставшие обыденностью. Из их разрозненного ряда глаза выцепляют надпись на триколоре: «Трансаэро. 10 место по безопасности в мире».

Я лечу сегодня именно Трансаэро. Интересно, десятое место это хорошо или плохо?

Красивый и просторный аэропорт Домодедово встречает недоверчиво, точно я татарский наместник, прибывший собирать дань, или чеченская террористка. Сумки с куклами просвечивают. А вдруг – это оружие. Но никому невдомек, что это действительно оружие – мощное оружие доброты, способное изменить мир без войны. Меня раздевают до исподней одежды, и тщательно ощупывают. Но не потрошат, и не жарят. Что приятно. Мой сосед «по счастью» на  первый взгляд не то словак, не то австриец, безуспешно и трогательно пытается маскировать от меня дырку на своем носке. Эта ситуация сильно смешит. Невольно отворачиваясь и улыбаясь, наблюдаю краем глаза, как он снимает носки совсем, и на чисто русском стоя босиком, доказывает ощупывальщице гениталий, как важно для него привезти бутылку марочного вина в подарок друзьям.  Бутылку безжалостно изымают. Он покорно садится рядом, опустив голову в неописуемом огорчении, натягивает носки, уже даже не обращая внимания на свою злосчастную дырку. И как там она у него образовалась? Носки то новые! Наверное, с китайского рынка!

Вся процедура также «пикантна», как обязательная проверка у гинеколога. Но без нее в самолет не пустят. Отбирают на контроле и мою полулитровую Акваминерале, где на донышке плещется тоскливая треть бутылочки. Чтобы «не дать себе засохнуть» за два часа ожидания самолета, выпиваю сколько могу. Хорошо, что там не водка! Но, пройдя контроль, тут же жалею, потому как приходится искать удобства, чтобы избавиться от лишнего «груза».

Домодедово. Дом, где живет дед? Или просто дом. Тот дом, от которого мне нужно оттолкнуться, и в который прилететь обратно, невольно поражает мыслями о доме вообще. О молитве о доме. О благословении. Аминь всему, что было  дорого. Прощай, столица! Оум! Жди меня, мой Доум! Дом! Жди меня в Домодедово. Я скоро вернусь.

Очень ласковые и приветливые бортпроводницы встречают у трапа. Самолетик маленький. Уютный. Мое место – далеко от окна. Но и оттуда я вижу, как опускается под нами Земля. Там в воздухе не видно границ. Их нет для зайцев и косуль. Нет для птиц и червей. Нет для китов, дельфинов и рыб. Границы придумали люди, чтобы разделить виды разных денег и властей над нефтью и газом. Людьми над людьми.

Земля под крылом самолета припорошена снегом, поделена на треугольники и полоски большого крестьянского лоскутного одеяла, шитого белыми нитками рек. Лозунг «Земля – крестьянам!» виден сверху в действии.

В лайнере объявляют, что время полета не 2 часа 50 минут, а два, двадцать пять. И что в Вене температура -1 градус по Цельсию.

Опускаемся очень мягко. Там внизу показались облака. Твердая на вид земля стала мягче горы овечьей шерсти и теплее. Мы некоторое время летим между облаков в чистейшую голубизну атмосферы. На меня открывается круглый глаз, встроенный в крыло самолета. Он медленно переводит взгляд на пожухлую траву венского аэропорта, высматривая, наверное, посадочную полосу. Нежное прикосновение колес к земле. Посадка. Аплодисменты пилоту. За штурвалом  Роман Гусаров. Я запомнила. «Красивое имя. Высокая честь».

Вы думаете, с чего начинается Братислава? Не угадали. С Вены. Аэропорт Австрии гостеприимно принимает всех, любезно предоставляя площадь для взлета-посадки.

Наш «глазокрылый» лайнер встречает человек с надписью РЦНК. Идет редкий снего-дождь, не прекращающийся потом и в Братиславе. Пока водитель Милан провожает до такси, думаю: «Трансаэро. 10 место по безопасности в мире. Это хорошо».

РЦНК в БРАТИСЛАВЕ

Русский Центр Науки и Культуры в Братиславе мне сразу очень понравился. Небольшой. Уютный. Очень аккуратный. Светлый и добрый. Но самое приятное – во дворе растет древний тисс. Можжевеловые и хвойные растения вообще являются украшением словацких коттеджей. А на Тисс все время садилась какая-то редкая птица. В Братиславе много их, разных птичек. Они заводят на ветвях, не смотря на зиму, свои прекрасные птичьи трели.

Мне доверяют три заветных ключа – от калитки, от центра и от небольшой комнатки под крышей, можно сказать, чердачной, но отделанной мило и со вкусом современного евроремонта с двумя кроватями(выбирай любую) с кухонкой и с удобствами. Два косых окошка показывают башенки типичных для этих мест не то зданий, не то замков. Невольно вспоминается сказка Андерсена о сундуке-самолете.

Руководитель представительства Александр Иванович Бушуев со своей супругой Татьяной любезно кормят обедом. Обговариваем дальнейшую программу пребывания в Словакии. Татьяна милая, очень приятная в общении дама. Александр Иванович слишком симпатичный для чиновника такого уровня — сдержанный и занятой человек. Мне показалось, что он специально не улыбается, чтобы не казаться слишком симпатичным. Но пару раз оставляю его улыбку в своей памяти. От этой дружеской улыбки каждый раз делается хорошо. В дальнейшем мы видимся редко и по делу.

Чем еще хорош русский центр в Братиславе. Может быть, это прозвучит странновато, но он, как-то сразу белой картой ложится на сердце именно неограниченной свободой действий. Вот ключи. Вот – время. Распоряжайся, как вздумаешь. Вот кафешки, не напрягайся от обжорства и рассчитывай свои силы. Вот вокзал, от него до любого государства – рукой подать! Я сразу же с первого взгляда принимаю РЦНК за свой дом. Пусть другой. Альтернативный тому, что остался в Москве. Теперь я спешу сюда для отдыха. Теперь это моя крепость и моя мастерская.

Обитатели РЦНК, которых я успела заметить и полюбить: секретарь Ольга, русская девушка редкой красоты со светлыми волосами и огромными на пол лица русалочьими глазами.  Это также «русист», в смысле занимающийся деятельностью, связанной с преподаванием русского языка в Словакии Евгений Александрович Орлов, седой как лунь интеллигент с видом изысканного французского посла, ни больше — ни меньше, и неожиданной добротой ребенка. Где бы мы ни были потом, дети липнут к нему накрепко. Это говорит о наличие в его грудной клетке большого человеческого сердца. Заместителем Бушуева является Миша. Для меня он так и запомнился, как просто Миша, поскольку годится в сыновья. Миша знает несколько языков. Свободно общается по-словацки. Может поддержать любую сложную тему от приготовления капустного супа до философской теории Аристотеля. Миша, не смотря на свою высокую должность, работает в центре волшебной палочкой. А именно – исполняет «разные поручения». Например, обеспечивает встречу артистов Оперетты для выступления на балу, распределяет их по гримёркам, отвозит и привозит гостей, осуществляет не только переговоры, но и улаживание неустроиц, кормит обедом, проводит экскурсии, покупает цветы для возложения и прочее. Как он все это успевает – не понятно. Но успевает.

Предо мною раскрывают программу РЦНК на неделю. Приглашают посетить выставку художников, русский бал, театр оперы для прослушивания артистов филармонии. Предупреждают, что следующие дни – это суббота и воскресение, а за ним словацкий праздник. Поэтому в Центре никого не будет.

Я выбираю филармонию. Еду с Мишей на вокзал. На субботу беру билеты до Праги. На воскресение до Будапешта. На понедельник – на Вену. С целью посмотреть кроме Братиславы еще три близлежащие столицы.

СТАРАЯ БРАТИСЛАВА

Везет с первой минуты первого дня. В русский центр впархивает миловидная «русистка». Так называют тех, кто имеет отношение к преподаванию русского языка либо здесь в РЦНК, либо в университете, либо в гимназии, либо в школе.

Ее зовут Ирина Дулеба. Пушистая и воздушная. С волосами цвета зимней яркой лисы. Она моментально становится мне подругой и помощником в Словакии. Ирина живет в Братиславе, потому что когда-то вышла замуж за словака. Прекрасно говорит на обоих языках. В ее доме – коллекция прекрасной русской и украинской живописи. Ирина пишет диссертацию, заканчивает последнюю часть. Работа срочная. Но она бросает все и тащит меня смотреть старую Братиславу, которую обожает. И любовь ее постепенно вливается в меня мощным энергетическим потоком очарования.

Мы проходим мимо многочисленных теплых и светленьких бутиков, заглядываем во все книжные киоски и сувенирные отделы. Непрестанно фотографируемся, и невольно обращаем взоры на готические постройки.

Купола старых ратуш медные. Со временем они приобрели зеленовато-голубой оттенок. Мы поднимаемся по узкой улочке, где раньше жили палачи с названием Баштова к «Нулевому меридиану». И вот я уже стою на Ноль точке. Точки сборки Словакии. Так вот, где начинается Братислава. Мечта сбылась? Римские городища, где жил и свершал великие дела Марк Аврелий, бережно охраняются здесь, в этой стране, с них начинается все! Сегодня для меня этот город начинается со старинных замков, блистающих в туманном мареве снего-дождя, точно в облаках, опустившихся до земли, чтобы потеплее укутать эти сказочные стены.

Узкие улочки зовут продолжить путешествие по их заросшей мелкой травкой брусчатке 12-14 веков. Местами камни вымыло так, что они торчат, словно редкие зубы у очень обаятельной старушки-Братиславы.

В определенном месте Ирина пересекается и как бы передает меня Инне Хорватовой. Они обе русистки, поэтому понимают друг друга с полуслов. Инна тоже когда-то вышла замуж за словака и тоже владеет свободно несколькими языками. Она продолжает экскурсию, также как и Дулеба, выбирая самые сокровенные уголки города. Мне нужно очень мало. Значок с каждого города в коллекцию мужа. Открытку в коллекцию сына. По подковке в коллекцию нашего учредителя Саши Бухарова. А сама я собираю ангелов с книжками. Вот тут-то и происходит всегда основная морока. Их днем с огнем не сыщешь! Нет грамотных ангелов. И все тут!

Но мои дамы исхитрились, и нашли. К тому же по пути показали много интересного!

Вот памятник Нацию. Этот полусумасшедший был большим любителем противоположного пола, расшаркивался перед каждой юбкой, всячески угождал. Говорят, он сошел с ума от несчастной любви. После его смерти жители города поставили памятник своему любимому сумасшедшему. Он так и стоит, сняв бронзовую шляпу и заискивающе глядя на проходящих женщин.

А вот памятник Гансу Христиану Андерсену. Ну как не сфотографироваться с любимым сказочником времен и народов?

Самый занятный из всех — памятник вылезающему из канализации сантехнику Чумилу. Когда формировался облик новой Словакии, скульптор Гаулик выиграл конкурс на самую оригинальную скульптуру среди Чехии, Словакии, Венгрии и Австрии, которая и является теперь одним из символов старой Братиславы.

Среди мелкого дождя и каменных улочек удивительно было увидеть каток. На коньках у одной из ратуш катались взрослые и дети. В основном – молодежь. Веселая кутерьма вечно молодого города и свежая зимняя погода загнали нас в кафешку. Тоже не случайную, а выбранную Инной. Это очень модно теперь в Европе, украшать интерьер антикварной мебелью, зеркалами, подсвечниками и картинами. В полумраке такого вот теплого местечка нам зажгли свечу. Кафе называется «У Госпарко». На втором этаже — кукольный театр. Там, как в музее собраны сказочные герои Словакии. Единственная разница, что на креслах можно сидеть, да еще и чаю попить с морозца!

Как хорошо! Остаться бы здесь на недельку в этом местечке, взять ноутбук, начать и  закончить пару-тройку сказочных романов…

Картина Старой Братиславы, сформировавшаяся к концу путешествия, была бы неполной без экскурсии Евгения Александровича и Миши. И тот и другой охотно показывали мне самые яркие и самые интересные места. Вокзал, например, от которого всего пять минут до нашего дома в РЦНК.

А более всего пробудило воображение посещение Вышгорода. Наверное, в каждом старинном городе Европы есть такой вот Вышгород. Там непременно над всеми тесно прижатыми друг к дружке домами, домишками, ратушами и улочками возвышается громадина средневекового замка. И, если с балкона поглядеть на город, распростертый внизу, можно запросто представить, как трубили трубадуры в рога, зазывая на королевский бал всех жителей королевства. Или предупреждали о нашествии неприятеля.

Археологические находки подтверждают, что почти две тысячи лет назад здесь возникло первое поселение городского типа – кельтский «оппидум», а в начале нашей эры – римский военный лагерь. Славяне расселились здесь в VI веке. Право свободного королевства Братислава обрела с 1291 года. И в период с 1563 по 1830гг. в самом красивом замке, замке Святого Мартина проводилось коронование очень многих венгерских королей, в том числе Марии Терезии. И украшает купол этой ратуши не крест, как другие храмы, а королевская корона, размеры ее составляют 2 на 2 метра. И вес 300 кило!

Старый теплый город не хочет отпускать. Мягко зовет и приглашает посетить музеи, где хранятся уникальные сокровища и художественные ценности, начиная с каменного века и до средневековья. Торжественно призывает к миру конная статуя Святополка.

ОПЕРНЫЙ ТЕАТР

Здание оперного театра – одно из самых старых в Европе. Мы заняли ложу, и приготовились слушать артистов филармонии под управлением дирижера Леоса Сваровски.

Лепные ангелы на этих стенах внимали Штраусу и Моцарту. Сегодня звучал Иосиф Гайдн. В черных лакированных туфельках впереди оркестра установил виолончель Данило Ишизака. И с первых нот уверенно приковал к себе внимание зала.

Тонкие чувственные пальцы виолончелиста проникали прямо в душу в неописуемом акупунктурном прикосновении.

Виолончель в оркестре являлась сегодня, как нулевой меридиан – центром миросозерцания и мироощущения вселенной. Сзади – полукругом оркестр. Впереди – полукругом партер, дальше полукругом – амфитеатр. Еще дальше – балконы… а за ними – города, государства… Планета!

И дыхание любви этой планеты пело и плясало на кончиках пальцев по смычку виолончелиста. В эти секунды он один решал быть или не быть Земле доброй, прекрасной, поющей сердцем его виолончели и любимой Богом. И в тоже время музыка не получится, если не глубокие ноты оркестра, внимательное затаенное дыхание зала и всей земли.

И, когда Данило закончил исполнять концерт для виолончели с оркестром, зал взорвался аплодисментами.

На бис музыкант выходил три раза. Не выдержал. Установил инструмент, и заиграл снова. Фугу Баха.

Хотелось слушать бесконечно эти волнующие струны, смотреть на вдохновение движущихся рук. Фуга теперь не рассеивалась среди зала, и не делилась, не множилась по сцене. Она прямым лучом пробивала своды старинного театра, и обращена была прямо к Богу. Наверное, также когда-то исполнял ее великий Бах. А, может, сам Бог нашептал ее композитору, а теперь виолончелист вдохновенно исполняет ее, прижавшись щекою к деке, перед создателем. А пред ним плохо не исполнишь…

А дальше мы слушали «Звоны» Сергея Рахманинова. Оркестр расширился хором и солистами. Волнами музыка выплескивалась в зал. Талантливое, родное, необъятное, любимое, теплое, душевное, гениальное( Казахи бы сказали евразийское), я бы сказала планетарное, вдохновенное и великое исходило от хора и оркестра. Движение всех стихий угадывалось в такой музыке – земли, огня, воды и неба. Чтобы управлять такою величиной, как Рахманинов, дирижеру приходилось быть очень экспрессивным, иногда он даже прыгал.

Великолепно вливались в эту экспрессию тенор Томас Юхас, баритон Сергей Толстой, сопрано Ева Хорнякова. Органично обволакивал очарованием большой комбинированный хор.

Инна плакала.

А я подумала: «Когда буду умирать, попрошу, чтобы исполнили «Звоны» Рахманинова у могилы. Может быть для того чтобы стать такою же бессмертной, как его музыка».

НОВАЯ БРАТИСЛАВА

Просыпается Братислава очень рано и очень не спеша, потягиваясь в разные стороны можжевельниками.

На встречу с учащимися Славянской гимназии мы выехали втроем.

Что интересно показалось по дороге. Во-первых, места парковок там у них очень строго распределены. Если встанешь не на то место, какое положено – будут неприятности. Не то, что у нас.

Машин мало. Гораздо меньше, чем в пригороде Московской области. Дороги также разбиты, особенно ближе к обочинам. Проезжать по ним трудновато. На заборах и стенах – следы несанкционированных граффити.

В общем, современная часть города мало чем отличалась от российской глубинки. Вот только дома веселенько раскрашены в теплые тона – оранжевый, желтый, зеленый.

Славянская гимназия порадовала очень оригинальным оформлением. Все с душою и со вкусом. Вдоль стен разрисованные панели старых парт. На рисунках, которые учитель рисования сделал совместно с учениками, герои сказок. Не удержалась – сфотографировала.

У входа – сооружение в виде домика улитки. Только гигантской. Я в него вместилась с головой. Вкруг красуются макеты городов и еще чего-то увлекающего. По остальным стенам у кабинетов – очень интересные газеты, выполненные самими гимназистами в тематическом ключе. Вот кабинет химии. Вот биологии. А здесь, скорее всего, спортивный зал! Угадала!

Но мы направляемся в кабинет русского языка.

Подростки уже на месте. Они приветствуют. Очень хорошо понимают по-русски. Глядят приветливо. Задаю вопросы о доброте. Диалог пошел. Ребята воспринимают чуть медленно, но доброжелательно. Читаю сказки «Мудрые мысли», «Белые цветы», «Черничный человечек». Слушают очень хорошо. Похоже, что готовы слушать часами. Звенит звонок. Но ребята реагируют по-прежнему, только на мой голос. Они интересуются, с какого времени  я начала писать сказки. Почему эти сказки для взрослых, а не для детей? И что я хочу ими сказать? Фотографируемся на память.

Директор гимназии Павел Спишек приглашает посетить их второе здание. В нем открыта дополнительная школа обучения игры в гольф. Сейчас в Европе Гольфклубы — это тоже очень модно. Школа пользуется большим спросом. Есть закрытые зимние залы, где тренируются гимназисты. Нас проводили до электронного экрана. Показали, как держать специальные клюшки. Пару раз мы с Орловым промахнулись по заданной цели. Играть в гольф – это вам не сказки писать про русалок! Тут точный расчет необходим.

Миша нетерпеливо гудит из машины. Ведь нас ждет еще одна встреча с детьми гимназии им. Эйнштейна. Вот в ней-то как раз и преподает моя новая знакомая Инна.

В школе Инна выглядит совсем иначе, чем на концерте в филармонии. Строгий костюмчик. Высокая прическа. Но все равно красивая, и я то знаю, очень душевная, раз слезу пускала под Рахманинова. Она четко и подробно дает инструкции по работе со сборным классом, заинтересованным во встрече с московским писателем.

Внутри гимназия им. Эйнштейна ничем не  отличается от наших учебных заведений. Вот только всюду портреты того самого Эйнштейна, который показывает всем язык.

Никто не знает, почему он это делает. Но я то вызнала! Раньше гимназия носила имя Короленко. А потом ее переименовали. Вот Эйнштейн и радуется.

Читаю подросткам сказки уже более взрослые: «Взятка», «Россыпи Росы», Курятник»… Беседуют дети более осторожно, чем в предыдущем классе. Возможно, это связано с тем, что в помещении находятся ученики из разных классов. Вопросы задают уже в коридоре. Фотографируемся на память.

Братислава – одна из самых молодых столиц Европы. И молодежь здесь совершенно не отличается от московской. Единственно, что только по-русски чуть хуже говорит. Но зато нормой здесь считается знать венгерский, немецкий, английский языки. Женщин называют по-польски пани. Перекрестное проникновение культур европейских стран говорит о частых войнах в последние несколько тысячелетий. И архитектурные стили и нравы здесь смешанные.

Город широко раскинулся по обоим берегам Дуная – самой полноводной реки Европы. Его основная часть лежит в низине, но почти четверть территории расположена на лесных склонах Малых Карпат. Их здесь называют еще Белыми Карпатами. С них и начинается могучая дуга Карпатских гор. Словацкая столица находится в очень выгодном расположении. 57 минут на поезде до столицы Австрии Вены, 2 с половиной часа до столицы Венгрии Будапешта, 4 часа до столицы Чехии Праги.

Переезжая через Дунай по мосту, замечаю над ним странное сооружение в виде летающей тарелки на длинных ножках. Не ошибаюсь. Это мост такой своеобразный – тоже символ новой Братиславы. А башня и ресторан в этой башне называется Уфо.

Мы решили там перекусить. Цены кусачие.

Подавали Темпуру из лягушачьих ножек и полевку(суп) из морепродуктов. Порции для хомячков. Проглотили, шутя, по 30 евро, и долго смотрели с Орловым друг на друга голодными глазами. Потом нашли в том хороший признак: пора худеть.

Вид из башни – вся Братислава и старая из красных черепичных крыш; и молодая отстроенная высотными зданиями мало чем отличающимися от современной «совковой» архитектуры Москвы и Питера; и горы; и Дунай, от которого идет весенний пар.

ТРЕНЧИН

Дорога на Тренчин — по автостраде. Миша ведет автомобиль мастерски. Вот еще что поражает. Миша во всем ас. И в вождении машины тоже.

Машин мало. Поля просыпаются справа и слева от дороги, сбрасывая зимнее увядание вместе с пожухлою травою.

Осмотр города Тренчин у нас начался с синагоги. С синагогой тоже оказалось все просто. Женщин в такие места вообще не пускают. Мы «не кошеееерные» 🙂 Вне зависимости, будем мы там что-то покупать или нет. Молиться то точно не будем. Это было написано на наших рязанских лицах.

Зато мы увидели табличку из доисторических времен, на которой еще римские легионеры оставили надпись на камне датируемую 179 годом.

Мне лично очень понравились солнечные часы, встроенные в простое жилое здание. Напротив есть другие часы, которые под мелодию словацкой песни грустно отбивают время.

Но самое красивое место в городе Тренчин – это замок, построенный на самой высокой скале.

Поверий и легенд, рассказывающих о приведениях, палачах и смертоносных практиках чахтицкой кровавой графини Елизаветы Батори и о Зухре, для которой богатый купец во время нашествия кровожадных соседей вырыл личный колодец — здесь можно слушать неделями. Было бы желание и время.

ЖИЛИНА

Библиотека в Словаки называется Книжница. Краевска жилинска книжница пригласила нас на встречу с читателями. Мы выдвинулись в город в составе трех человек. Кроме меня уже знакомые вам по описанию выше Евгений Александрович и Миша.

Нас очень вкусно покормили в столовой университета. Мы с удовольствием  ознакомились с выставкой фоторабот местного художника.

И очень интересно было посмотреть на саму библиотеку. Здание трехэтажное. Просторное. Множество залов. Людей тоже не мало. Есть зал сказок.

Библиотека, естественно, является местом встреч с интересными людьми, она служит проведению разных других культурных мероприятий.

Публика прибыла подготовленная. Узнав обо мне в интернете, задавали точные предметные вопросы.

Кроме того, вопросы были обращены и к специалистам по русскому языку г-ну Орлову и Мише соответственно, потому как и библиотека в Жилине и РЦНК в Братиславе заинтересованы в дальнейшем сотрудничестве.

Миша превосходно переводил наши реплики. Чувствовал себя уверенно, как рыба в воде.

После встречи началась небольшая кутерьма. Журналисты засыпали дополнительными вопросами и координатами. Ко мне подходили люди пообщаться, и сфотографироваться. Порадовала пожилая женщина, которая раньше училась в МАИ, и теперь усиленно занимается с внучкой русским языком. Девочка подарила рисунок. И, пока бабушка беседовала с Орловым, доверчиво показала мне качающийся на одной ниточке зубик. По всей вероятности, родители боялись его трогать, и ребенок с неделю маялся. А тут целая сказочница перед нею. Вдруг поможет? Девочка улыбалась.

— Выдернуть? – спросила я.

Она кивнула. Я взяла зубик, и через мгновение он оказался у нее на ладони к восторгу бабушки и журналистов, которые начали это фотографировать.

КУДА Я НЕ ПОПАЛА

Я не попала в Президентский дворец. Просто над ним не было флага. Это означало, что самого Президента нет на месте.

Я не попала на награждение лучших журналистов Словакии. Потому что выбор пал на проведение Дня Доброты( я собственно за этим и приехала). А награждали от имени и по поручению Национальной литературной премии достойных из достойнейших. Орден им. В.В. Маяковского мы привезли для Любомира Фалдека «За подвижническую деятельность и заслуги перед русской литературой». Литературными премиями им. А.П. Чехова «За вклад в русскую литературу» награждаются Эва Франьова-Малити и литературное Общество в городе Нитра. Для  Редакции газеты «Литературный еженедельник» и для Эвы Колларовой мы привезли Диплом лауреата и памятную статуэтку Кузнецовского фарфора.  Йозеф Сипко и Иван Павлов, профессора из Прешова награждаются благодарностями от Национальной литературной премии Золотое Перо Руси. Дипломы им. Шекспира получат за прекрасные переводы Юлиус Рыбак, Андрей Червеняк и  Этела Фаркашова.

Я не попала на спектакль «Евгений Онегин», поставленный по оригинальной современной версии.

Я не попала на выставку художников.

И 23 февраля я не попала на возложение венков солдату освободителю в Славине. Так называется мемориал погибшим советским воинам. Его видно со всех сторон Братиславы. Это не только монумент. Это захоронение около 6 тысяч солдат. В этот день я улетала обратно в Москву.

Я не попала на распродажу фирмы Хогль, где австрийцы «выбросили» нестандартные размеры сапог на натуральном меху по 20 евро за пару. А у меня как раз 34 размерчик. Его днем с огнем не сыскать…

Но я не попала. Так и уехала с деньгами обратно в Москву.

УРОКИ ДОБРОТЫ И МАСТЕР-КЛАСС

ОТКРЫТИЕ МУЗЕЯ СКАЗОК В СЛОВАКИИ

Посольская школа. Дети из посольств: Русского, Беларуси, Казахстана. Возраст до 10 лет. Смышленые. Реагируют мгновенно. Активно и бойко отвечают на вопросы. После флегматичного разрозненного состава достаточно взрослых и не особенно хорошо и быстро следящих за мыслью словаков, они кажутся просто индиго.

Провожу урок доброты. Вернее это пока только вопросы. Ответы они дают себе сами, выкрикивая их, причем все и разом.

Здравствуйте. Вы любите меня? Пока нет. Но я дам вам время. Поговорим о Доброте. Что это такое? Вы добрые? Ты, девочка добрая? А ты, мальчик, добрый? Я добрая?

Что сегодня сделали доброго вы? Вы и вы? Убрались. Помыли посуду. Это тоже хорошо. А завтра? Что вы будете делать завтра?

Сказки добрые?

Все рождаются добрыми. Все хотят добра людям. Маме. Папе. Бабушке. Сестренке. Соседям. Но человек взрослеет. Что с ним происходит? Откуда войны? Откуда грабежи? Насилия? Убийства? Откуда рабство? А добрый ли мир? В мире много войн.

Отчего? Если все рождаются добрыми – от чего войны? От того, что человек хочет взять чуть больше, чем отдает.

А что будет, если он будет брать меньше, а отдавать больше? Если он будет добрее этого мира? Вопреки всему?

Деньги зло? Или добро?

Антуан Де сент Экзюпери написал чудесную сказку «Маленький принц». И ее ключевые слова: «Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь». Что он хотел сказать?

Почему так воспринимаем мы его слова «Встал, умылся, убери свою планету. А потом можно вдоволь любоваться закатом».

В мире много оружия. Камня. Асфальта. И совсем не осталось сказок. Вот поэтому мы умираем раньше, чем следовало. И живем не так, как велит небо. Что нужно человеку?

Оказывается очень мало. Ему необходимо, чтобы до него 8 раз дотронулись, и хотя бы раз назвали по имени! А лучше поцеловали. И сказали, как его любят. Вы любите меня? Пока нет. Вот смотрите – дотронуться и сказать Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Верь мне. Это  правда! Вот и все! И он будет ощущать себя комфортно.

Обещайте мне сегодня непременно прийти после этого урока домой, поцеловать маму, позвонить бабушке, и сказать все самое хорошее, что знаете о них. Поблагодарите их. Самое лучшее на свете – это благодарность. Обещайте делать это каждый день.

Андерсен сказал – «Человеку нужно всего лишь солнце, небо и… маленький цветок».

Маленький цветок – это сказка. Хорошая сказка. Добрая сказка. И… новая сказка. Каждый день новая сказка. Этот просто. Это проще, чем отобрать, ударить, украсть. Новая сказка – это сад за окном. Это улыбка родителей. Это пятерка за выученный урок. Это полочка, сделанная своими руками. Это солнечный зайчик, которого мы сегодня научимся делать.

А Киплинг, великий Киплинг, умирая, произнес: «Раньше я думал, что деньги – самое главное в жизни. Теперь, умирая, я знаю это наверняка».

Так что же главнее на земле сказки или деньги? Деньги или сказки? Скажите мне, деньги – добро или зло? Зло? А, если вам они потребуются на лекарства для любимой бабушки? Может, главное – труд? В Велесовой книге написано – «Рай – тот же труд, только без врагов и болезней». Так вот мы и пришли к моменту, что деньги – это добро, но только в том случае, если они заработаны честным путем. Да. Главнее деньги. Если у человека будет много-много денег, он сможет скупить все сказки мира!

Наполеон, умирая, просил: «Разверните мои ладони, пусть люди видят, что я, завоевав весь мир, ничего не беру с собою!»

Теперь пора открыть вам один великий секрет! СКАЗКИ не умирают! То, что вы сделаете сами своими рукам, и отдадите – и есть сказка. Ожившая сказка.

Древними сказано: «Что отдашь, то твое, что не отдашь, то ничье!» Почему это сказано? Почему живет поговорка: «Пусти хлеб по воде, и он приплывет к тебе с маслом!»?

Сегодня я научу вас оживлять предметы. Это совсем не сложно. Итак. Мы определились. Есть добро. Есть зло. Есть чет. Есть нечет. Есть тьма. Есть свет. Есть ночь. Есть день. Кому вы доверите себя в детстве? Маме. Еще кому? Папе. Бабушке. Кукле. Мишке. Куклы добрые?

Если им можно доверять, значит, они добрые…

А дальше урок за уроком я учу детей делать сказки из бумаги, из носового платка, из старого ненужного и потерявшего пару носка. Я учу их делать кисок, зайчиков, лягушек и достаю из двух огромных сумок около двадцати уже готовых огромных кукол и других поделок к сказкам. Куклы заняли 19.500 кг веса от моего багажа при перелете… Вместо бального платья. Дети Словакии –  выбор сегодняшнего дня. Урок доброты – главное, зачем я здесь. Дети это подспудно понимают, они следят за руками, как за действиями фокусника, когда из малого пространства разворачивается целый мир. Сказочный. Новый. Интересный! Бойко интересуются, а как, а что, а почему голова крепится так, а не иначе.

Урок закончен. Я оставляю кукол в подарок новому музею сказок.

— Это для нас? – не верят дети. Они прижимают к себе вязаных, керамических и кожаных кукол. Целуют их.

— А можно нам оставить и это?

— Можно.

Мы объявляем новые конкурсы на лучший рисунок о Доброте. На фото или поделку на тему о солнце. На сочинение о том, «как я стал добрым». Оставляю для победителей бланки дипломов.

— Вы любите меня? – спрашиваю на прощание.

— Дааааа! – слышится радостные крики единодушия ответа.

Нас с Орловым не хотят отпускать. Грозят закрыть двери и оставить  еще на недельку-другую.

— Можно я буду звать вас тётя Света? – обнимает меня на прощание девочка и дарит фенечку, сделанную своими руками.

Несколько других ребятишек более настойчивы. Они подходят и просят показать еще раз, как закреплять ушки солнечных зайчиков, как сворачивать бумажную сказку из кораблика. Еще раз терпеливо показываю.

Оглядываюсь на посольскую школу и на выбежавших вслед ребятишек с легким сердцем. Мой хлеб, пущенный по воде, вернулся ко мне с маслом. Это доброта в их взоре.

РУССКИЙ БАЛ В БРАТИСЛАВЕ

А еще я не попала( Ах! Как жаль!) на русский бал, где вино лилось рекою. Где дамы в бальных платьях танцевали вальс и полонез. Где выступали артисты оперетты. Девчонки трещали на перебой, что он был гораздо круче Венского.

Они рассказывали о платьях, в которых они блистали на балу. И я им по-хорошему даже не завидовала, скорее радовалась, что они это все увидели.

Вечером в РЦНК после бала и после моего Урока Доброты стихийно образовалась вечеринка. Я спустилась со своего гостеприимного чердачка. Евгений Орлов достал из холодильника гренки. Инна позвонила мужу Расте, и послала его в магазин за колбасой. Он принес не только лучшей в Братиславе колбаски, но и домашних консервированных очень острых арбузов. Я их пробовала первый раз в жизни.

Вкус… специфический. Но попробовать острых арбузов обязательно стоит, если вы – здесь!

А Ирина Дулеба уставила весь стол закусками собственного производства. Мы спели пару романсов под аккомпанемент пианино. Говорили о том, где проводили время, пока не видели друг друга. Ну, и о русском бале, конечно. Передаю из первых уст.

Русский бал состоялся в Братиславе впервые. (Это, конечно, не Венский благотворительный бал, который ежегодно проводит Москва в Австрии).

Был большой концерт, на который собралось около 500 человек. Билеты продавались по 200 евро. Но были и специально приглашенные гости, как Ирина с Инной, или я, например. Одежда требовалась определенного вида – бальное платье для женщины. Костюм для мужчины. Достаточно демократично, на мой взгляд, потому что на Венский бал требование фрака, смокинга или военной формы для мужчины были в этом году обязательны. От Венского русский бал в Братиславе отличался еще и тем, что танцы не требовали дополнительного отбора дебютанток. Первый танец в Вене исполняли девушки от 17 до 23 лет. Наши «Наташи Ростовы» проходили отдельный кастинг на предмет умения исполнять обязательные па. А стоимость за билет вирировалась от 80 до 500 евро, в зависимости от того, будете вы просто танцевать или попробуете закуски. Понятно, их привезли богатые «дяди».

Вена – это не Братислава. И хорошо. Поскольку оплачивая вход, господа бизнесмены, представители русской элиты в Словакии, гости ближнего зарубежья(Австрия, Польша, Чехия и др.) могли пользоваться всеми радостями без ограничения. Цены доступные для так называемого «бизнес-класса», как в самолете.

Русские хотят ввести новую традицию – объединить людей бизнеса и творческой элиты под эгидой балов.

Главный приз бала «Славянка». Ее планируется вручать на каждом мероприятии самым достойным. Это такая статуэтка, наподобие Оскара. В этом году было вручено две Славянки «за вклад в русско-словацкие отношения» Эве Колларовой и Яну Черногурскому.

Девчонки прямо почувствовали себя королевами, когда шли по красной ковровой дорожке.

Круглые столы били предназначены для 10 человек. Оформление в бело-синем цвете. Шикарное. Белые столы. Стулья. Драпировка. Синяя подсветка. Вкруг столов собирались люди по интересам. Бизнес – к бизнесу. Культура – к культуре.

Еда – до упаду. Кухня русская, кавказская, словацкая.  До трех часов ночи гостей радовал большой выбор горячих и сладких блюд. Фруктов и десерта. Вин слишком много. Словаки столько не пьют. Каждой уходящей с бала даме дарили белую роскошную розу.

А в субботу после моего отъезда ожидался хрустальный бал. Вообще, зима – сезон балов. Его в январе открывает Городской бал. Проходит он в старом здании театра и без приглашения стоит очень дорого.

ИМЕНА

Христианизация Европы, и России в том числе, за тысячу лет повырубило славянские имена из нашей культуры. Богинею смерти считалась Морена, от слова мор. Мариею и Мариной крестили чуть ли насильно половину девочек в церквях, изначально обрекая на темную несчастную жизнь – «мар». Иоан креститель. Иванами называли нас много-много лет. И стали мы Иванами, не помнящими родства. Имя Светлана вообще запрещено. Зайдите в любую православную церковь. Попробуйте одарить ребенка светом в имени. Нет такого имени Светлана. Нет меня. И быть не должно. Есть Фотина. Есть Фотима. А ведь это не одно и тоже! Вот бы я пришла в аэропорт и сказала: «Здравствуйте, я – Фотима!» Зато в Словении, Сербии и Словакии имя Светлана есть, причем в женском и мужском виде. А сколько там оттенков!

Европа сохранила, не понятно как, живые славянские имена. Они благотворно действуют на слух. И окружали меня в поездке, вы только послушайте, кто! Я записывала имена, как будто собирала небесный дар по капле и пила его пригоршнями счастья! Вслушайтесь в музыку этих имен! Так называли не только богов, но и наших предков. Отворите генетическую память поколений! Так называют славяне дочерей и сыновей до сих пор. И ходят по планете:

Бажена, Белослава, Белоснежа, Беляна, Благолюба, Благомила, Бояна, Братислава, Братомила, Верослава, Весёла, Веселина, Весняна, Влада, Голуба, Грёза, Дана,  Дарёна, Добринка, Добруша, Драгомира, Елица, Желана, Забава, Загляда, Звана, Звенислава, Злата, Златовласка, Златоцвета, Искра, Истома, Касатка, Краса, Красимира, Купава, Лада, Ладислава, Леля, Любава, Любомира, Любомудра, Люборада, Любослава, Милада, Миловзора, Милослава, Надия, Неждана, Ненагляда, Полеля, Прекраса, Рада, Радосвета, Радослава, Радостина, Светана, Светислава, Светла, Светлана, Светогора, Светозара, Светолика, Светослава, Святослава, Синеока, Сияна, Смеяна, Смирена, Снежана, Слава, Славина, Славолюба, Славомила, Славомира, Славяна, Тайна, Творимира, Умила, Улада, Улита, Улыба, Услада, Утеха, Хорошава, Цвета, Цветава, Цветана, Чара, Чаяна, Яра, Ярина.

Бажен, Баян, Белогор, Белояр, Благовест, Благодар, Благолюб, Благомил, Благомир, Благород, Благослав, Богун, Валигора, Вас, Ведислав, Велигор, Велимир, Велимудр, Велимысл, Велинег, Велислав, Велко, Венд, Венцеслав, Волот, Дал, Далимир, Далимысл, Дан, Девясил, Добробуд, Добровест, Добровит, Добродей, Добромысл, Жалимир,  Зореслав, Златовлас, Златодан, Златосвет, Златояр, Зорян, Искр, Красимир,  Крутослав, Ладимир, Любозар, Любомил, Любомир, Любомудр Любомысл, Милош, Миролюб, Мирослав, Надей, Найдён, Нарышка,  Нежен, Незван, Нечай, Огневед ,Огнедар, Огнезар, Огнеслав, Олель, Олен, Отрад, Первослав,  Радован, Радолюб, Ростислав, Свентояр, Светибог, Светилюб, Светослав, Светодар, Светолик, Святолик, Светомир, Светозар, Святополк, Святорад,  Святояр, Тихомир, Утеш, Юрас, Юрий, Ян, Яробор, Яролик , Яромир , Яросвет, Ярослав.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ «ЧЕХИЯ»

С Чехией, точнее с Чехословакией связаны мои полудетские воспоминания. Когда-то произошла любопытная история. Педагоги  мне пророчили карьеру писателя или на худой конец, журналиста. Но при редких способностях к литературному творчеству в 16 лет,  Литературный институт дал «отбой» по причине неимения жизненного опыта, и откровенный намек родителям на крупную взятку в 400 рублей( по тем временам 8 месячных окладов). Денег у нас особых не было. И «неособых» тоже. Во времена социализма мысль о взятке просто разгневала меня, как ярую комсомолку. Поэтому, после десятилетки, я, не знающая ничего о силе системы номенклатурных работников, и о двух официальных очередях, о которых я уже писала: Все люди отдельно, а еще один ручеек отдельно — самонадеянно направила «лыжи» в МГИМО, институт международных отношений на факультет журналистики, где меня благополучно отсеяли «по здоровью». Еще бы! Все места в это заведение уже были распределены между отпрысками космонавтов или послов. Я долго сопротивлялась, доказывая, что здорова, даже справки привезла. Кстати, здоровье мое не беспокоит меня до сих пор.  В свои срок семь я не знаю, что такое больничный лист. И где находится поликлиника. Бог да будет милостив к руководству МГИМО за их обман и мое негодование по этому поводу в свои шестнадцать.

Тем временем, первые экзамены во все вузы прошли. Я теряла год. Родители, друзья и учителя с искренним удивлением узнали, что я подала документы в обыкновенное ПТУ. Кондитерское училище оказало благотворное влияние на  дальнейшую жизнь. Но сейчас не об этом. Став с первой минуты круглой отличницей, образцовой комсомолкой и спортсменкой, правда, далеко не красавицей, но с надеждой на светлое будущее, я уже через пару месяцев получила третье место на конкурсе кондитеров по городу Москве, и премию в размере 10 рублей! А летом все ПТУ проголосовало за то, чтобы единственную путевку, выделенную за границу предоставить мне за отличную учебу и примерное поведение.

Так я попала в Чехословакию. Случилось это 30 лет назад в 1981 году. С 27 июля по 12 августа нас провезли экскурсионными автобусами маршрутом: Чоп-Кошице-Жилина-Братислава-Живогошт-Пиештаны-Лидицы-Прага-Конопиште-Конепрусские пещеры…

Поездка осталась светлым пятном в моей памяти. Там в молодежном лагере Живогошт я получила  занятный  диплом «За самый смешной прыжок в воду».

И теперь мне хотелось увидеть Прагу. А какой стала она?

РЦНК в Братиславе связался с РЦНК  в Праге, и я выехала к ним.

В ДОРОГЕ

Между государствами летают самолеты и ходят поезда. Я выбираю поезд. Люблю смотреть на просыпающуюся землю весной.

Поезда второго класса по всей Европе одинаковы. Кресла как в самолете. Вагоны полупустые. Ход мягкий. Остановки плавные. Несколько раз проходят контролеры. Ставят на билетах какие-то печати. Между контролерами проходят несколько раз сборщицы мусора. Все более чем доброжелательно относятся к пассажирам.

Дорога среди гор, поросших лесом, обрамлена деревьями, любящими тепло, они увиты плющом до самых макушек. Берез крайне мало. Две-три за всю дорогу. В основном – крысиные хвосты тополей, хвойные, буки, грабы, садовые. Между ними – поля. Луга. Деревеньки маленькие. Домишки тесно прижаты друг к дружке. Наверное, чтобы хватило места для земледелия.

Несколько раз вижу серых зайчишек, вспугнутых поездом. А еще величавых оленей, даже не повернувших в нашу сторону голов. Их десять-пятнадцать. Также не пугано ведут себя хищные крупные птицы. Ястребы или подорлики. Мы быстро их проезжаем: даже не успеваю развернуть камеру для съемки.

На лугах – опавшая желто-палевая трава. Граница. Еще один контроль. Небо меняется. Темнеет. Опрокинувшийся неожиданно снег между Чехией и Словакией кажется мне символичным.

По-прежнему – ни машин. Ни людей. Только поля-поля. В Чехии те же котеджики, крытые красной черепицей. Снег унялся. Подъезжаем в Праге. Ход поезда сбавляется, смешивается с громадиной большого города.

Огромный вокзал принимает нас в свою утробу раньше графика.

Но меня уже встречают.

РЦНК в ПРАГЕ

То, что чехи не любят русских, чувствуется сразу же на вокзале.

Поезд пришел раньше, встречающий замешкался. Я пытаюсь что-то спросить. «Русская? Да?» — с открытой неприязнью отшивает незнакомка, окатив помоями взгляда с головы до ног. Отхожу, как от чумы и далее стараюсь задавать вопросы по-немецки.

Меня находят быстро. Усаживают в такси. Везут к центру.

Водителя зовут Милан. Опять Милан. По крайней мере, не перепутаю. Он очень хочет общаться. Рассказывает о Праге. Сетует на погоду, что мало в горах снега. Что природные катаклизмы планеты добрались до его Чехии. Что вон тот мост через Влтаву в прошлом году затопило по самые брови. И гримерки оперного театра оказались в воде. Показывает: «Вот американское и еврейское посольство», дает акцент на то, что они огорожены мощными заборами, охраняются днем и ночью собаками и боевиками, и комментирует это так: «Кто плохо в мире делает, тот должен бояться. Это я сам придумал такую поговорку». Тут же вспоминаю, что в Братиславе подобные посольства также окружены прочными высокими заборами, в отличие от наших. А когда я что-то сфотографировала возле посольства Америки в Москве, из него моментально вышли люди в костюмах и потребовали удалить из памяти фотографию, что я и сделала…

Нащупываю ключи от всего центра в Братиславе, от калитки и от своей комнатки под крышей, которую не охраняет свирепый пес,  и улыбаюсь мысли: «Самое дорогое, что есть у человека, если есть – это Доброта и Мудрость. Можно ли украсть доброту?»

— Снега мало стало, — возвращает меня в действительность Милан, — в горах снеговые пушки делают, которые выбрасывают искусственный снег, чтобы люди катались с гор. Я ездил. Снег очень твердый. Тверже камня. Плотный. Вооон! Видите? Это Выставище пражское.

Я вспомнила сербское слово «позорище», что означает театр. Наверное, выставище, это что-то вроде картинной галереи.

— А в том месте, видите башню над Карловым мостом?

— Вижу.

— Это наша гордость. Она, как Эйфелева башня в Париже. Только чуть меньше. Но вместе с горою, высотой точь- в-точь! – смеется Милан.

Он добрый.

– А пробки у вас бывают?

— Бывают. Редко. По вечерам, когда люди с работы едут. Сейчас под Пражским градом строятся 6 тоннелей, чтоб разгрузить центр города от машин. А вон там, видите, Летная. Называется так, потому что там приземлился первый летчик.

Славный Милан невольно расшифровал по-своему мое любимое детское слово лето. Лето – это когда летают бабочки и стрекозы…

Но вот мы на месте. Два здания. Одно новое. Одно  более солидное. О его возрасте говорят высокие стелющиеся можжевельники, превратившиеся в громадные деревья. Интересно, сколько им лет…

Директор РЦНК в Праге встречает сам. Сам приносит в накуренный кабинет кофе. Сбирунов Владимир Викторович очень трепетно и подробно рассказывает о работе центра. Он им живет. И это видно невооруженным глазом. Глаза его горят теплыми огоньками. В монолог хозяина вставить какую-либо информацию очень сложно. Остается просто слушать. Он приглашает заглянуть в монитор компьютера, чтобы я ознакомилась с сайтом.

Не смотря на субботу и воскресенье, центр оживлен. Не смолкает он и по вечерам. Наверное, это правильно. Наши русские Центры в других странах и должны работать тогда, когда заканчивается рабочий день у населения. Ведь это центр культуры!

Владимир Викторович и вправду может похвалиться тем, что этот русский остров в Праге самостоятельная культурная единица. Остров России. Кусочек нашей земли. Каждый из сотрудников, а их 32 человека в штате, обладает навыками журналиста, писателя, фотографа, водителя, экскурсовода, компьютерщика, модератора сайта, чтобы в случае замены его, не было сбоя в общей работе. Так с любого компьютера офиса можно выйти на нужный файл.

Далее мы шествуем по всему маленькому «королевству» Сбирунова. Это классы русского языка. Это обширная библиотека. Это залы для культурных мероприятий. Это кинотеатр, где есть даже устройство для просмотра 3D.

Но есть и то, что меня затронуло более всего. Разбудило. Подняло с глубин памяти гнев и гордость. Карта Чехии. А на ней множество флажков. Центр помимо культурной и научной работы занимается поиском могил погибших соотечественников от времен войны 1812 года до наших дней.

Где-то там на этой карте то священное место, где ранен в боях за Чехословакию был мой дед. Какая разница, где оно…

Он вернулся домой в Сибирь к бабушке Валентине. И через месяц умер от ран. От такого  потрясения она не улыбалась потом 40 лет! Хранила верность Петру.

Я вспоминаю ненавидящий взгляд незнакомки на вокзале. И вот теперь мне хочется выкрикнуть ей вослед: «Русская! Да!»

В разговоре с директором центра выясняю, что местные не больно-то интересуются культурой русских. Был тут Спиваков со своими Виртуозами Москвы. Хотели дать 8 концертов. Но продали 12 билетов на один, который не состоялся. Был Евтушенко. Но с тем же успехом.

А мы? Что мы знаем о культуре чехов? Что пиво пьют? Так это как бы и не характеризует население с культурной стороны. Есть еще Гашек. Как же! Гашек! «Вино лесов. Вино земляничное» и «Приключения бравого солдата Швейка» кто не читал!?

НЕПРИВЕТЛИВАЯ ХОЛОДНАЯ ПРАГА

Распрощавшись с Владимиром Викторовичем, смотрю на часы. Есть еще время до обратного поезда прогуляться по знакомым улицам пражского центра.

Секретарь объясняет, куда идти. Сначала налево. Потом направо. Потом вниз потом вверх. Потом на полукруге нужно купить билет на метро. Потом проехать до какой-то остановки. Потом выйти и пройти немного…

Но, если я хочу взять такси, то это будет стоить 5-7 евро. Тогда мне нужно идти как раз не налево, а направо, потом повернуть…. короче, я не запомнила куда.

Знаю, что это пять-десять минут. Но не знаю, в какую сторону. Я кажется, слегка заблудилась. Пытаюсь остановить машину. Ни одна «сволочь» не останавливается в течение получаса. Замерзаю насквозь. Идет мелкий снежок.

Вот попала! Наконец, вижу характерные шашечки.

— Такси!

Взгляд таксиста не выражает ненависти. А только жадность. В глазах языками адского пламени появляются доллары. Угадав в моей речи русский акцент, он называет немыслимую сумму: 30 евро.

Я усмехаюсь, открыто над его жадностью. Чех тушуется. Лукавит. Показывает на счетчик. Начинает ерзать в кресле. Мол, тот покажет — я заплачу. Сажусь в такси, чтобы хоть чуть-чуть согреться.

Пару минут – и мы в центре. На счетчике набегает по их деньгам что-то около трех евро. Мне интересно, что этот чешский плут будет делать дальше.

И водитель, покрыв лицо тенью ужасной озабоченности, как все, кто никому не нужен, начинает нарезать круги вокруг старого града. Когда мы третий раз проезжаем мимо одной и той же ратуши, я спрашиваю его:

— У тя когда совесть проснется, голуба?

Совесть не просыпается. Приходится остановить машину. Водитель  на русском ломанном объясняет мне, что обязательно за 30 евро довезет  до вокзала с того места, на котором оставил сейчас.

Называю ему время. Расплачиваюсь по показанию счетчика. Оставляю щедрые чаевые. Пусть хоть это принесет ему счастье, убогому.

— Пять двадцать! – кричит он мне в след. – Буду ждать!

— Жди-жди. Дождешься! 30 евро! Вот, негодяй! Вокзал то напротив! Минуту идти пешком на моих коротких ножках!

Забыв навсегда про таксиста, в первую очередь иду к памятнику, который облепили со всех сторон чехи. Они фотографируются. Мне тоже хочется. Конь-то какой красивый. И чех там на коне сидит ни чуть не хуже коня!

Прошу всех специально на русском, чтобы меня запечатлели на фоне этого сокровища мировой культуры. После двадцатой безуспешной просьбы, понимаю, что не добьюсь результата. Наконец, в толпе вижу иностранцев. Их видно сразу, потому что они в отличие от чехов, улыбаются.

Воспроизвожу из своих замерзших уст что-то типа «плиииз, сер!»

Меня фотографируют.

— Окей!

ТОРТ ПРАГА В ПРАГЕ

Вообще-то, глядя на цены ресторана, я рокировалась в Макдональдс. Схрумкала гадский гамбургер. И безумно пересоленную картошку фри. Предварительно безуспешно пытаясь стряхнуть с нее лишнюю соль. Вот еще интересный момент. В Макдональдсе туалет оказался платным! По цене пражского сувенира.

Но надо же было себя хоть чем-то порадовать после такого стресса.  Купила в кафешке кусочек торта «Прага» и пару кремов типа «мусс» на пробу. Быть мастеру кондитеру, сотворившему миллион «Праг» за свою рабочую жизнь —  в Праге и не купить чешскую «Прагу» — полное безумие. Я и купила.

Что сказать?

Крема ребята делают потрясающие! Превосходно взбитые. Нам до них с нашим оборудованием далеко. Крема напоминают воздушные пенки малинового варенья лучших кондитерских домов и брендов. Великолепно взбитый и высокий бисквит. Причем, он не тяготится добавками в него натуральных сливочных масел. И органично сочетает легкость и упругость одновременно. Так как пражские кондитеры, москвичи, наверное, не научатся взбивать бисквит никогда.

Цена, примерно, как у нас в центре Москвы.

А вот покрытие разочаровало. Если наша «Прага» в московском арбатском ресторане «Прага» покрывается шоколадной помадкой, а в некоторых ресторанах ее делают из чистого расплавленного шоколада, то в родном месте соя преобладает.

Покрытие пирожного  долго таяло на моих зубах, но так и не растворилось полностью.

Пластилин! Вот это разочарование!

РАЗМЫШЛЕНИЯ ВОЗЛЕ ПРАЖСКОГО ТОРТА

Так как чистый соевый пластилин растворялся на моих зубах достаточно долго, на неприветливой улице было холодно и мерзко, а в чашечке еще оставалось кофе, я принялась прокручивать кадры в своем фотоаппарате Люмикс(это не реклама), сделанные за этот день.

Прага недаром называется жемчужиной готической архитектуры. Как великолепен, к примеру, сказать Карлов мост! Замшелый. Зеленовато-черный. Украшенный скульптурами и группами скульптур.

Одна из них с грустью напоминает о священнике, так и не выдавшем тайну любви королевы. Его пытал король. Вырвал язык, залил рот свинцом, и бросил в воды прохладной реки Влтавы. Люди выловили священника. И после он был причислен к лику святых, как католических, так и православных, как мученик. И стоит теперь зеленоватый и очень грустный на Карловом мосту.

Находившимся рядом зданиям иногда более 700 лет. Но возвышаются они на камнях еще более древних.

Чем-то старый город напоминает один большой некрополь. Так близко-близко в нем друг к другу расположены каменные постройки. Так малы проходы между оградками их могил. И все они замшелые. Черные. Зеленые. Неживые какие-то. Но весьма таинственные.

Вот королевская дорога, по которой императоры Чехии шли в свою резиденцию — Пражский град. Прошлое подстерегает вас повсюду.

Именно в Чехии  жил легендарный покоритель сердец Джакомо Казанова. Может быть, даже ел торт в той же кафещке, напротив того же самого всадника на коне. Здесь, в Праге, творили Гёте и Бетховен, звучала музыка Моцарта, и сам он дирижировал оперой Дорн Жуан.

Вот гора Петржан. С нее видно всю Прагу. Все черепичные крыши. И работает фуникулер до обсерватории, которую можно посетить. В Чехии есть несколько десятков удивительных старинных замков. Я помню, как семнадцатилетней девчонкой карабкалась по винтовым лестницам, и слушала байки о привидениях в таких вот легендарных хранилищах истории.

Особенно красив мне показался замок «Глубока над Влтавой» Он весь белый, в отличие от своих замшелых собратьев.

Естественно, кроме Праги есть и множество других скальных городов, увенчанных замками. Есть виноградники. Леса. Луга. Особенно красив парк Шумава(по-сербски это звучит как Шумадия, от слова шума, лес), расположившейся возле чешской границы. А в области Моравского краса находится более тысячи пещер. Самая глубокая пропасть Чехии 139 метров Мацоха. К ней можно доплыть по реке Пункве. А мы в свое время были в Конепрусских пещерах. Это рядом. Здесь все рядом. Европа такая крохотная!

ТРАДИЦИЯ БАЛОВ

Я так хорошо согрелась и наелась, что мне захотелось приобрести что-то из сувениров. Выйдя на улицу, сплошь покрытую бутиками, увидела газетку с фотографиями дам в бальных платьев. В поднятом настроении можно было бы и потанцевать. Но никто бы не понял.

К вопросу о балах, могу сообщить, что как в Вене, как в Братиславе, в Праге существует также с некоторых пор возобновленная традиция балов.

Надо сказать, зародилась она здесь еще в позапрошлом веке.

В Праге балы проводятся не только для «сливок» общества, но и для простых горожан. Сезон начинается в феврале, когда по церковному календарю завершается католический пост.

В городах и селах балы проводятся по интересам. Бал охотников, например, или бал пожарников. Бывает бал садоводов, футболистов и так далее.

Главное на этих балах – праздничная одежда. А в охотничьем ты костюме или во фраке-пиджаке – не важно. К женщинам тоже особенно не придираются. Лишь бы танцевать умели. И приходили не в брюках!

СОБОР СВЯТОГО ВИТА

Деньги на сувениры, благодаря таксисту, я быстро истратила. Но не купила то, чем славится Чехия – чешского пива. Причем, пиво здесь, это не то, что в Словакии. И тем более в России. Здесь пиво особое. И везти его нужно именно отсюда. А какое выбрать?

И вдруг совершенно случайно слышу в бутике  русскую речь! Спрашиваю, какое пиво лучше? Паренек направляет меня в подземный универмаг, там самое лучшее и самое дешевое пиво. Называет марку «Пльзень».

Набираю пива целую коляску для всех своих знакомых. Я пива не пью.

На кассе меня тормозят. И, не смотря на то, что в верхних бутиках принимают и евро, антилюбезная злобная чешка вредно-ехидным голосом посылает наверх, резковато жестикулируя руками, как на базаре, в обменный пункт, менять деньги. Вцепляется в  корзинку, как будто я вот прямо сейчас готова сидя на полу пить ее чешское пиво!

Понятно, что вниз уже не возвращаюсь, а попадаю в собор: грехи замаливать перед чешками, чтобы на меня больше не рычали. Я от этого уже огорчаться начала.

 Собор Святого Вита — главный собор в Праге. Кстати, в нем охотно за сувениры берут евро. Это же не магазин, а храм. Священнослужители понимают, что лучше обсчитать, чем остаться вообще без выручки. Правда, и я хитрю. Перехожу с немецкого  на английский, в зависимости, что вспоминаю из иностранных слов. А знаю я, к сожалению, очень мало.

Собор  строился более 600 лет с 1344 по 1929 годы. Ажурное сооружение в основании имеет крестовый свод. Этот крестовый свод – и есть секрет всей готики. Ведь на пинакли в этом случае можно устанавливать башенки и декоративные элементы. Витражи в окнах из цветного стекла. В сокровищнице под хитрыми замками хранятся корона, скипетр, держава и другие сокровища. Пред главным алтарем храма расположена усыпальница чешских королей. Украшают внутреннюю часть тонкие резные пилястры. Необыкновенная эстетическая высота рождает полет фантазии. Радуют химеры. Они разные. Это же надо так изобразить собственных тещ на балконах. Говорят, мастера храма делали это для того, чтобы отгонять злых духов.

Радуйтесь, мужики, если вам теща попалась страшенная! Она в доме, по преданиям чехов – как оберег!

БИБЛИОТЕКА СТРАГОВСКОГО МОНАСТЫРЯ

Не менее уникальное место в Праге – библиотека Страговского монастыря. В нее  доступ всем, русский ты или нерусь. Чехи не так-то любят читать, скажу я вам. Библиотека пуста.

О ней мне настойчиво твердил Владимир Сбирунов, директор русского центра в Праге. Чем она хороша? Прага – как бы перевалочный пункт нашей иммиграции всех времен. Здесь множество русских книг. Причем, достаточно древних.

Залы хранят уникальные вещи. В них находится более 1500 старинных картин и более 200 тысяч книг, из которых 130 томов выпущено до 1500 года.

Стены философского зала украшены резными шкафами настоящего орехового дерева. Они были созданы в честь окончания тридцатилетней войны.

ЧАСЫ МАСТЕРА ГАНУША

Удивительные часы считаются одним из чудес старой Праги. Говорят, он сам постучал в дверь правителя города чехов, и предложил свой проект. Долго трудился над ним мастер.

Наконец, он создал шедевр часового искусства. Куранты с механизмом появления двенадцати фигур, где смерть на веревочке играет немаловажную роль.

Лучше бы он ее не делал!

Мастеру стали поступать и другие заказы. И вот однажды, в его дом темной ночью пришли плохие люди. Гануш ведь был великим мастером. Он мог в любое время повторить свое чудо. А правителю города этого не хотелось. Ганушу выжгли глаза каленым железом.

На следующий день, он поднялся на ратушу, где установлены его часы и умер, упав перед своей смертью.

ЛЕГЕНДА О РАБИ И ЕГО ГОЛЕМЕ

Есть и еще одна удивительная легенда в этом городе. Жил-поживал в нем когда-то Раби по имени Лев. И, так как его евреев часто обижали, он обратился к своему богу с просьбой создать заступника. Бог велел ему смастерить из глины существо по имени Голем. Так и сделал Раби Лев. Голем теперь мог защищать евреев. Только на ночь нужно было дать команду, чтобы он стоял смирно и никого не трогал. Однажды Раби забыл «отключить»  Голем. И тот начал хулиганить. После чего Раби Лев в обратном порядке уничтожил  глиняного заступника евреев.

Но говорят, если кто-то будет обижать их в Праге, всегда можно по старой технологии оживить Голема.

ДОМ ДОКТОРА ФАУСТА

Вообще-то это не сказка. И доктор Фауст действительно жил в Праге. Его адрес Карлово Намести 502.  Как и все мастера его уровня, он искал философский камень, и пытался продать душу Дьяволу за этот проект. Продал он душу или нет – не известно. Но известно, что он не получил того, чего желал. Открытия были. Но не такие значительные, каких ждал от своих опытов Фауст.

Вскоре настало время забирать в ад душу Фауста. Дьявол стал якобы тащить его в ад за подол фартука. Но доктор сопротивлялся. Тогда Дьявол все-таки унес его через крышу дома.

Не верите?

А в Праге говорят, что как бы они не замазывали темное пятно на потолке, оно все равно проступает в том самом месте.

Да и студенты время от времени слышат его предсмертные крики. Сейчас здание находится в распоряжении Первого медицинского университета, и принадлежит администрации города Праги.

ВОЖДЕЛЕННОЕ ЧЕШСКОЕ ПИВО

На вокзале обнаружилось  превеликое множество всевсяческих магазинов и магазинчиков. И конечно, чешское пиво «Пилзнер» и «Пилзнер Урквел» и второго уровня по качеству, так они считают «Козел» и «Крушовицкое». Здесь охотно берут евро. Менять на местные деньги ничего уже не хочется. Хочется домой. Подальше от «трех разгневанных королей» и от «Джона, ячменное зерно».

Но «безумство любезности» чехов продолжались до последней минуты.

Я искала для своей коллекции ангелов с книжками. Простых ангелов много, а «культурные» попадаются редко.

— У вас есть ангелы с книжками? – спрашиваю я, уже потеряв надежды на положительный результат поиска.

— Нет! Ничего нет! – отвечает мне «любезная» продавщица сувенирного бутика.

После стольких «граблей», естественно не доверяю. Подхожу к ангелам и вижу, что один из них как раз то, что нужно. В его руках из кукурузных стеблей действительно есть книга.

— Как же нет, если есть! – подаю я ей ангела, и рассчитываюсь за сувенир.

С непритворным сожалением, как будто расстается с золотою короною чешского короля, толстая торговка заворачивает мне красными мясистыми руками последнего «читающего» ангела Праги.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ «ВЕНГРИЯ»

В Европу весна приходит месяца на два раньше, чем в Москву. Здесь уже тепло. Здесь уже щебечут птицы. Так, что жить хочется. С утра, точно вызнав, что цыганская моя дорога повернула карты в сторону Венгрии, вышло солнце.

Зазеленели на полях озимые. Растаяли последние проледи в лесах, заваленных валежником и старыми ветками почерневших вьюнов. Поезд весело мчал меня в сторону Будапешта.

ПОДАРОК ВЕСНЫ

Поезд, как поезд. Черепичные крыши, как крыши. Долго искала в дороге чисто мадьярский колорит. Не нашла. Все это я уже видела. И крыши, крытые горчично-кирпичной черепицей. Местами побогаче. Местами победней. В деревеньках домики, прижавшиеся друг к дружке.

Теплеет. Градусник показывает +5! От полей – пар пошел. На полях – зайчики бегают. Тепло чувствуют.

И вот, меняется пейзаж. Поля поднимаются виноградниками к небу. За ними – высокие горы вырастают на глазах. Плющом зарастают даже высоковольтные вышки! И, кажется, что плети виноградников, окутавшие дома и повисшие на зиму оживают, дают побеги.

И тут только понимаю, ради чего стоило пересекать столько границ — ради этой красоты! Справа – могучая полноводная белая река плещется. Это красавец Дунай.

И, если вы в Европе целой найдете что-то более прекрасное, чем этот подарок весны, я удивлюсь. Горы совсем рядом. Там, на горах – Бог согревает нас из-за туч лучами солнца. Согревает Дунай. В нем просыпается жизнь. Мы долго едем вдоль полноводной реки. На горах – замки. В белой воде, слепящей глаза – веселое солнце. Гудят баржи и пароходики, будят и торопят на полях всходы и виноградники. Просыпайтесь! Люди! Редкие рыбаки причаливают к берегу на лодках.

Господи! Красота-то какая! Спасибо тебе, что ты создал этот мир! Мир! Спасибо тебе, что ты создал Бога!

ЭКСКУРСИЯ ПО ТЕЛЕФОНУ

Я не знаю никого в Будапеште. Ну, так что? Познакомиться никогда не вредно. Выхожу без багажа налегке. Меняю деньги на местную валюту.

Оглядываюсь по сторонам. Вижу среди такси, выстроившихся чередой возле вокзала, несколько ловящих клиентов водителей. Выбираю машину с телефонами на дверце. Это уж точно такси. Не обманет.

Водитель в красной куртке видит, что я направляюсь к нему, сразу спиною оттесняет меня от собратьев.

Спрашиваю на русском.

Он ничего не понимает. И никто из водителей тоже ничего не понимает.

Но водитель бедовый. Он показывает жестами, что его друг знает русский. И набирает номер на своем мобильнике.

Объясняю его другу, знающему русский, когда отходит мой обратный поезд в Братиславу. Объясняю, что мне нужно посмотреть в Будапеште. Что купить. И что поесть. Спрашиваю, если водитель сделает все, что я прошу, сколько с меня потребуется денег для расчета.

Он переводит. Снова мобильник у меня.

— За все 30 евро, — сообщает мне трубка.

— Хорошо. – Разговор закончен. Я – в машине. – Светлана.

— Юра, — представляется таксист.

— Поехали! Сначала ням-ням, — показываю я, — кушать очень хочется!

Юра смеется:

— Сначала мост!

Он говорит, впрочем, как-то иначе, но я все понимаю. Вы бы тоже поняли, если среди венгерских слов звучали этрусские и понятные всем: театр, площадь, цитадель, центурион, цистерна, цивилизация и американизмы: телефон, компьютер…

— Хорошо, мост, так мост!

МАДЬЯРОРЗАГ

В Будапеште множество мостов. Еще бы! Будапешт, на самом деле, это не один город, а три: Буда, Пешт и Обуда(то есть Старая Буда). Это то, что я поняла со слов Юры. Поняла также, что он-то как раз сын славной Буды. И несказанно этим гордится, как гордится своим местом рождения, например, солнцевская шпана.

И мосты между этими городами просто необыкновенные! Самый красивый и величественный мост над Дунаем – мост со львами, ведущий к Королевскому дворцу.

Первая парковка. Первый рассказ. Здесь я узнаю, что самоназвание страны отнюдь не Венгрия, а Мадьярорзаг. Будапешт совершенно не похож ни на Питер, ни на Москву, ни на чопорную Прагу, ни на славную Братиславу. Он оригинален и невероятно прекрасен! В нем творил один из самых моих любимых поэтов Шандор Петефи.

«Любовью той, которую люблю я,

Ты овладеть судьба мне, помоги!

Тебе в обмен за это уступаю, что хочешь,

Ну, хоть все мои долги!» — читаю я русскую версию его стихов.

Юрий улыбается. Скорее всего, он ничего не понимает! Но ему приятно, что я знаю Петефи.

Итак, Обуда, Буда и Пешт соединились в 1873 году. Обуда — самый древний город из трех. В нынешнем центре ее находился военный лагерь(цаструм) римлян. Раскопки датируются 124 годом нашей эры. Найдены крупные остатки города Аквинка. Название переводится с кельтского, как «изобилие воды». Еще бы! Рядом крупнейшая река в Европе Дунай! Найдены трехъярусные акведуки, мощные городские стены, остатки огромного здания, напоминавший римский Колизей, только гораздо больше.

 Война разрушали город. Но он вновь и вновь отстраивался. Отстроен и сейчас.

Буда возникла как убежище населения от варваров. Люди скрывались даже под землей. Появилась она на плоскогорье на правом берегу Дуная, и уже в XIII веке превратилась в резиденцию венгерский королей. Была украшена, и укреплена домами и зданиями, как публичными так и религиозными. Здравствует по сей день, демонстрируя туристам Королевский дворец необыкновенной красоты.

Самое красивое здание в Буде – церковь Матьяша. И пока Юра не показал мне ее, он не успокоился. На площади пред церковью собраны все виды построек барокко, рококо и неоклассицизма. А смотрится эта готическая громадина ажурной морской белой раковиной. Очень интересны символы на постройках и памятниках. Но это – отдельная история.

И, конечно, поразил роскошью Пешт. Сам город расцвел по историческим меркам совсем недавно, пару веков назад. Но пышность его до сих пор не увяла. Каменные венценосные башни, вычурные балконы, музеи, хранилища сокровищ, множество ресторанов, зовущих гостей истратить под их потрясающими гостеприимными сводами свои деньги. Все впечатляет. И театр, и библиотека и…

ВАТРУШКА ВЕНГЕРСКАЯ В ВЕНГРИИ

Но и в тоже время очень хочется есть. Юра не понимал, что такое венгерская ватрушка. Но по какому-то внутреннему чутью привел меня именно в кафе, где их готовят особенно вкусно. Уже и не буду даже говорить, что по первому образованию я кондитер. А венгерская ватрушка, одно из самых моих излюбленных изделий. Заказываю себе и ему кофе, взбитые сливки, пару ватрушек – с сыром и с творогом.

На вкус – амброзия! Я вкуснее еще не едала. Сырная солоноватая и слоеное тесто сделано безупречно. Творожная – сладкая. Потрясающе нежная свеженькая. Тепленькая.

Проглатываю моментально. К кофе подают крохотные шоколадочки. Юра нервничает. Для него это дорого. Но я угощаю.

Кафешка украшена по стенам антикварными куколками, которым лет по триста! Это для меня еще один подарок. Куклочки крохотные и аккуратненькие по-доброму глядят из прошлого в мою пустеющую тарелку. И вздыхают за стеклом.

КОГДА ВРЕМЕНИ СОВСЕМ НЕТ

Мы оба смотрим на часы. Города посмотрели. И времени почти не осталось. Скоро поезд.

— К вокзалу? – спрашиваю я.

Какой там! В водителя, что взялся меня сопровождать, вселился вихрь гостеприимства. Как это, если я не посмотрю цитадель?

По кривым улочкам с проворством белки его автомобиль врывается на самую высокую гору, откуда простирается вид на все три города – Буду, Пешт и Обуду. Это красиво.

— К вокзалу? – опять спрашиваю я.

Но не тут то было, приехав  к зданию вокзала, колесо такси неожиданно  взрывает песок и мы мчимся на еще одно памятное место города Площадь героев. Да. Это действительно монументально. На полукруглой колоннаде собраны памятники героев Будапешта всех времен. Они на лошадях. Они в латах с мечами. Венгерские воины, наверное, отдавшие жизни, защищая столицу Венгрии от захватчиков, вылеплены мастерски, и оставлены в бронзе на площади Славы.

Юра очень старается, он пытается угодить мне по каждой мелочи. Подает руку. Фотографирует, иногда даже по нескольку раз, чтобы кадр получился. Подает мне фотоаппарат, чтобы я убедилась, что кадр не испорчен. Иногда, проезжая мимо какой-то достопримечательности, где нет парковки, берет у меня камеру, чтобы из своего окна сделать съемку.

Но даже самое приятное, самое замечательное когда-нибудь заканчивается. До поезда 10 минут.

Такси с невероятной скоростью мчит меня по венгерской брусчатке на вокзал.

САМОЕ БОЛЬШОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ БУДАПЕШТА

Заглядываю в кошелек. Остались какие-то венгерские деньги. На вокзале перед поездом их можно потратить на сувениры. Цепляюсь глазами за бумажку в кошельке в 50 евро. А почему бы не сделать подарок? И тут же решаю рассчитаться с таксистом этой бумажкой и не взять сдачу. Уж больно он старался в дороге. И был так трогателен в своем старании, что и мне захотелось сделать что-то приятное для него. Ведь что такое 50 евро? Это две тысячи рублей. Это в Москве до Домодедово и обратно. Человек же возил меня полдня, и показал все, о чем можно только мечтать здесь в Будапеште! А по телефону такса прозвучала, как тридцать!

И вот, с приподнятым настроением, мы приблизились к вокзалу.

Я радостно держала в руках кошелек. Глянула на Юру загадочно, предвкушая минуту подарка. Я знала, что для венгра означает такая сумма. Но Юра почему-то вдруг засуетился. Взял визитку и написал на ней не 30, а 40 евро.

Настроение мое сникло. Сдулось, как уколотый воздушный шарик.

Я рассчиталась остатками венгерских денег, ни слова не говоря, отдав ему, в общей сложности, его затребованные деньги копейка в копейку, и вышла из машины. Юра следовал за мною.

Возможно, он почувствовал себя виноватым.

Поезд задерживался на 10 минут. Мы стояли у табло и ни о чем больше не говорили. Он молчал. Я молчала. Наконец, состав подали на 2 путь. Я подала ему руку, сказала:

— Спасибо, а потом добавила по-венгерски, — Köszönöm szépen!

И, не глядя в глаза, поднялась в вагон.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ «АВСТРИЯ»

Так  или иначе, но, прибывая в Братиславу, приземлились то мы все-таки в Австрии. Так или иначе, пересекли ее территорию, останавливаясь в австрийских городах, проезжали мимо ее деревень и поселков.

Австрия резко отличается от России. Она никогда не группировалась в колхозы. И поля ее маленькие. Высотных зданий нет. Они находятся внутри Вены и на ее окраине. А так всю площадь делят небольшие, но просторные домики под черепичными крышами. Аккуратные палисадники. Дороги очень хорошего качества. На них практически нет машин. Все нормальные люди едут поездами. Автобан, это то, что над землей. И убан, это то, что у нас называется метро. Под землей.

Крестьяне, или лучше сказать, фермеры выращивают все, обеспечивая себя необходимым. Это и виноград и овощи и кукуруза и хлеб. Во дворах по две-три коровы. Лошади. Мелкая  другая живность.

У местных жителей просто не возникает необходимости ехать куда-то. Вышел во двор – вот тебе и производство. Поэтому, пока едешь в поезде – не видно ни машин, ни людей. Бывают. Но редко. Поэтому не разбиваются дороги. И бегают по полям зайцы.

Есть места для охотников. Такие своеобразные вышки. В определенные санкционированные часы с этих вышек охотники стреляют в зверей.

Если у жителей нет денег на собственный коттедж, государство выделяет дома, так называемые, «дома для бедных». Это нисколько не похоже на наши общежития и даже хрущевки. Это очень красивые двухэтажные или трехэтажные( не больше) коттеджи, где в одном доме под крышей живет и трудится несколько семей. Только вход   из разных дверей.

Много ветряков. Более тысячи. Это альтернативное электричество.

Это родина вина с названием «Зеленый Белтлин» и «Ризлинг». Говорят, виноград привезли сюда римские легионеры.

Все в этом краю земли экологично, разумно и чисто.

Вот тебе пожалуйста, цементный завод. Вкруг него ни пылинки, потому что качественные очистные сооружения. И буквально в двух трех метрах — курорт, где открыт, опять же римлянами минеральный источник.

Вот пункт приема и сжигания соломы. Вот коровы пасутся. А вот пункт приема молока. Его забирают два раза в день. Утром и вечером.

Но, где же города?

ХАЙНБУРГ

Первым на пути попадается Хайнбург-на-Дунае (нем. Hainburg an der Donau) — город в Австрии, в федеральной земле Нижняя Австрия. Входит в состав округа Брук-на-Лайте. Население 5 с половиной тысяч человек. Это самый восточный австрийский город на Дунае. От Вены он расположен в сорока километрах. И совсем рядом с границей Словакии. Раньше ее охраняли с собаками. Теперь граница – просто проезд. И никто не проверяет документы.

Когда после развала системы социализма открыли границы стран Шенгенского договора, пограничный город Хайнбург расцвел на глазах. Словаки ринулись затовариваться в Австрию. Еще бы! Распродажа за распродажей качественных товаров их сильно радовала! Дешево и красиво! В каждом домике скромного ранее городка появились магазинчики. И словаки везли оттуда и электротовары и одежду и обувь. Очень быстро город разбогател, и стал миллионером.

Для каждого палисадника, расположенного вдоль дорог, государство выдает деньги на семена очень красивых цветов. И, начиная с весны, все преображается, и благоухает.

Щиты защищают деревья от соли, которую зимою сыплют на дорогу.

Хайнбург получил права города в 1244 году. Всё Средневековье он играл роль восточного форпоста империи Габсбургов, и часто подвергался набегам венгров и турок. С тех пор осталась хорошо сохранившаяся Крепостная стена с тремя воротами и 15 башнями. Все трое ворот построены в XIII веке.

Венские ворота — западные ворота города одни из самых высоких крепостных ворот в Австрии — более 20 метров. Ныне в них размещён городской музей.

Венгерские ворота — массивные восточные ворота города самые старые из трёх.

Рыбацкие ворота — ведут в сторону Дуная. Через них в 1683 году в город проникли турки, устроив кровавую резню. Переулок, ведущий в их сторону, называется Кровавым переулком.

Руины замка Хаймобург находятся на горе Шлоссберг в черте города. Замок был разорён во время того же турецкого нашествия 1683 года.

ЦАРНУНТУМ

Очень близко с Хайнбургом расположены развалины древнего поселения или точнее, военного лагеря с названием Царнунтум. По-русски это звучит теперь, как Царнунт или Карнунт( CARNUNTUM)) . Но, если учесть, что латинская С читается иногда и как межзубное среднее между Ц и С, можно прочесть и как это произносили древние: Сцарнунтум. Он находился на очень выгодном месте – на пересечении Янтарного пути с Дунаем, административный центр Верхней Паннонии, музеифицированные развалины которого находятся близ австрийского посёлка Петронелль-Карнунтум, на полпути из Вены в Братиславу.

Археологи раскопали лестницы, остатки портиков и колонн, театр, акведуки и множество других ценных находок. Все эти молчаливые каменные свидетельства находятся под открытым небом, и доступны для посещения. Можно запросто пройтись по лестницам и сделать снимки на память.

Царнунтум служил римлянам опорным пунктом особенно во время Маркоманской войны. С тех пор XIV Парный легион и Легион XV «Аполлинарис» были дислоцированы в Царнунтуме, здесь была стоянка для дунайского флота. В III веке Царнунтум был разрушен германцами, а затем, по возобновлении, погорел ок. 400 г. и был окончательно превращен в развалины венграми в Средние века.

Город не раз упоминается древними историками. Здесь император Марк Аврелий написал часть своего сочинения «Προς εαυτόν»; здесь же был провозглашен императором Септимий Север. В 307 году в Царнунтуме произошёл известный съезд тетрархов.

ВЕНА

В Вене снова приходится побывать лишь через несколько дней. Там меня ждет Марина Калашникова, руководитель проекта «Литературная Вена».

Я везу для нее литературную премию им. А.П. Чехова, медаль за «Солнечную деятельность» и куклу с ее лицом.

Мы узнаем друг друга сразу на перроне по глазам.

Обнимаемся, как родные. Срастаемся душами. И уже, как бы это сказать, энергетически не расстаемся, потому что понимаем, что одной крови. Марина оказывается очень красивой и умной женщиной. Редкое сочетание для блондинки. Но она хитрит. Маскируется. Корни-то у ее волос темные!

— Ты чего-нибудь ела? – ее первый вопрос.

— Ну, да, – вспоминаю медленно я, — меня покормили в самолете.

— А потом?

— А потом я ела чесночную полевку с Бушуевым в кафе.

— А потом?

— А на следующий день три лягушачьих лапки в Братиславе.

— А потом?

— А на следующий день гамбургер и пирожное Прага в Праге. А еще на следующий день венгерскую ватрушку с творогом в Венгрии.

— Понятно. Будем тебя откармливать. А то ты ноги протянешь.

Но до солнца было высоко. И до обеда далеко. Потому как подобно таксисту венгру, Марина повела меня к еде не сразу, а стала по пути показывать достопримечательности Вены.

Куклочка моя, похожая на Марину, как две капли воды, понравилась. К счастью, угадала даже цвет одежды. И характер.

Австрия запросила жертву. Мы так увлеклись, что я посеяла перчатки. Мои любимые, между прочим. Теперь в Вене наверняка вырастет сказочное перчаточное дерево. Но градусник уже показывал минус 12! Носы у нас покраснели.

Долго мерзнуть я не могу: купила другие перчатки.

Мы болтали, как девчонки, сбежавшие с уроков, и перебирали по косточкам всех пишущих и не пишущих, а просто знакомых. Смеялись до слез, и рассказывали друг другу удивительные вещи. Вы представляете, ребята?! Оказывается, Карл Маркс и Фридрих Энгельс, это не четыре человека, а два! А Слава КПСС – вообще не человек!

СУШИ НА ЛЕНТЕ

Так под шуточки-прибауточки мы завалились с дикого холода в японский ресторанчик. Марина угощала. Здесь платят за вход один раз. А едят, пока не лопнут. Мы и старались. Ленточка двигалась. Мы вылавливали имбирь и суши, куриные жареные крылышки и котлетки на косточке, креветки в кляре и кольца обжаренных кальмаров. Салатики и специи. И много еще чего. А к тому еще пару тройку крохотных, но безумно вкусных пирожных, рулетики, грейпфруты и кучу какой-то экзотики. Нам принесли по 10 грамм Саке. Нам это оказалось, как слону — дробина.

Мы улыбнулись, и смело ринулись в холод: глядеть достопримечательности Австрийской столицы, в надежде на то, что они не помешают результатам наших переговоров.

СОБСТВЕННО, ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ

Разговор оказался серьезный. Не все, что предлагалось нами, было принято здесь. Не все, что предлагалось здесь, было принято нами. Время от  времени Марина подымала голову и говорила:

— А это собор. А это театр. А это музей…

— Ага, — кивала я, и мы снова углублялись в  общие проблемы, стараясь найти пути соприкосновения двух серьезных и крупных проектов для взаимоинтересного сотрудничества.

— Сваровски. Зайдем?

— Ну, пойдем, погреемся! – мы забрели в магазин Сваровски. И я повторила классика, — Как же здесь много ненужных мне вещей! Но красиво, черт возьми, все переливается!

Раза три мы обошли вкруг готической ратуши. Зашли погреться. В катакомбы спускаться не захотели. Холодно. Но внутри полюбовались самым большим в Европе органом и каменными католическими скульптурами святых. Купили сувениры.

И снова на мороз. Марина неугомонная душа, хочет, чтобы я посмотрела как можно больше. Двигаемся в сторону памятника Моцарту. Проходим мимо бельведера мадам Сиси, первой красавицы королевства, погибшей от руки террориста. А тут – конюшня и школа конной езды. А там хор мальчиков. И попасть в него можно только при идеальном абсолютном слухе.

Моцарт, Штраус, мадам Сиси, рыцари круглого стола – основные персонажи сувенирного бизнеса Вены. Они кругом, на конфетах и ручках, на зажигалках и спичечных коробках, на ластиках, брелках и вкладышах. Есть даже туалет музыкальный, где постоянно звучит музыка Моцарта. Зашла. Убедилась. Звучит!

Марина рассказывает множество легенд, например о Моцарте с Сольери, о Штраусе, о чуме, скосившей больше половины населения Австрии. Даже о Марии Терезии, выдавшей всех своих 14 детей за лиц королевской принадлежности.  От нее и поговорка пошла, наверное: «заботливая, как мать Тереза». Но это известные. А из неизвестных…

ЛЕГЕНДА О ВАСИЛИСКЕ

 Один бедный парень влюбился в дочку богатого купца. Купец оказался настолько богат, а парень столь  беден, что о свадьбе даже речи быть не могло. На ту беду, появился в канализационном колодце богача змей волшебный по имени Василиск. И такой зловредный был тот змей, на кого не глянет – тот в камень оборачивается. Как от такой беды избавиться? Объявил купец, кто поможет ему прибить того Василиска, тот получит дочь в жены.

Всю ночь не спал бедный парень. Мастерил у входа в колодец зеркала. А наутро вылез из колодца змей. Увидел себя в зеркале, и окаменел на веке.

Мы тот колодец, кстати, проходили. Так себе. Колодец как колодец! И нет там никакого окаменевшего змея. Наверное, Калашникова что-то перепутала…

ЛЕГЕНДА О ПЬЯНИЦЕ

А еще неподалеку от того места, где якобы змей Василиск окаменел, жил пьяница. И пел он с утра до вечера: «Ах, мой милый Августин, Августин, Августин. Ах, мой милый Августин! Все прошло! Все!» Его так и звали, Августин.

Однажды во время чумы он так напился, что все подумали, что пьяница, наконец,  умер. И бросили его в яму вместе со своей волынкой.

Протрезвел через некоторое время Августин. Смотрит, а он заживо похоронен в яме больных чумой. Да как заголосит оттуда: «Ах, мой милый Августин!»

Я снова не поверила. А Марина подвела меня к яме:

— Смотри! Вон же он!

И действительно, в яме сидела кукла, очень похожая на пьяницу, показывала мне язык и играла на волынке, обнимая бутылку, полную вина.

ЛЕГЕНДА О ДЕРЕВЕ

Там в центре нет деревьев. Есть каменные памятники. На них вместо деревьев садятся птицы. А одно-единственное дерево заключено под стекло. Было такое поветрие – вбивать в этот могучий дуб последний гвоздь, когда богатый человек на самой богатой улице Вены ставил свой новый дом. С тех пор на дереве нет живого места. Оно все убито гвоздями. Его благословенный уважаемый остов помещен под колпак. Зато вокруг множество прекрасных зданий, украшающих столицу.

Но это только в центре.

На самом деле, не подумайте плохого. В Вене, конечно же, есть деревья. И их много. А по весне, когда зацветают ковры цветов, она превращается в рай.

ПОСЛЕСЛОВИЕ О БРАТИСЛАВЕ

Вернувшись вечером под крышу русского центра в Братиславе, я долго вспоминала о Вене. Да, и вечером, собравшись, мы говорили о ней с новыми моими друзьями, Евгением Александровичем, Ириной и Инной.  Они никак не могли поверить, как это так – сегодня я в Москве – завтра – в Праге, послезавтра в Братиславе,– потом – сразу – в Будапеште, а еще на следующий день – в Вене!

Да, что же тут странного. Через Братиславу недаром проходит нулевой меридиан! Здесь все рядом. В последний день меня осыпают подарками и книжками и ангелами с книжками и конфетами и цветами… так жалко расставаться!

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ «РОССИЯ»

Лайнер Трансаэро. Я знаю уже, что это хорошо. Мой самолетик – кусочек Родины в Австрии. Здесь говорят  по-русски. Можно расслабиться.

Мы плавно поднимаемся над Европой. Над ее нулевым Меридианом. Над Австрией и Словакией. Над Чехией и Венгрией. Над Польшей… Мы летим к Москве.

Какое интересное ощущение: смотреть на все вблизи, разглядывая городки Европы, как механизмы, а потом взглянуть со стороны облаков.  Вся Европа при подъеме кажется маленьким городком в табакерке с заведенными колесиками. Тик-так, тик-так. Работают ветряки. Тик-так, тик-так – идут по расписанию поезда. Сверху европейские деревеньки с аккуратненькими котеджиками похожи на дорожки молний, где цепь соединения – главная улица. И этими молниями прошит весь теплый бархат земли.

Мы подымаемся выше. Особенно красивы горы с заснеженными вершинами, возвышающимися над гусиной кожей облаков. Прохладная голубень неба невольно заставляет съеживаться. Хочется вниз. Там теплее.

Еще два часа.

И вот его Величество Солнце за нами садится, разливая желтый свет над небесною периною. Гляжу-гляжу-гляжу, упиваюсь «ненаглядным» сиянием облаков, не отрываясь от иллюминатора. Завидую пилоту Роману Гусарову. Он видит это ежедневно. Вспомнился стих С.П. Щипачева «Себя не видят синие просторы…» 

«…И сладко знать, идешь ли ты лесами,

Спускаешься ли горною тропой:

Твоими ненасытными глазами

Природа восхищается собой…»

Самолеты замешивают солнечную кашу облаков над Москвой. Невольно оглядываешься по сторонам – где тот волшебный горшочек, наваривший столько небесной каши?

Если здесь, над сладкими манными солнечными облаками и летают ангелы(иногда в военной летчицкой форме), они наверняка думают о том, как же красива земля наша! Наша голубая планета!

А, может быть, они прядут кудель и шьют шубы Богам из облачной солнечной пряжи. Поэтому им здесь и не холодно…

Посадка. Аплодисменты пилоту. Снова хорошо посадил, чертяка!

И все?

 Нет. Не все. Еще до дома доехать надо. А это, как от Братиславы до Будапешта на поезде. А это, как от Москвы до Австрии на самолете.

И снова МКАД. Ну, не верит Москва ни слезам, ни уговорам, ни здравому смыслу. Машин много. Дорог – мало. Конечно, будут пробки! Автомобильный коллапс. После спокойной полупустой нескандальной Европы мы слышим отовсюду крики. Ругань водителей друг на друга:

— Куда прешь, попугай??!!

Водители оглядываются в открытые окна, точно ищут кудесника, что заварил в Москве кашу из пробок. Машины застревают в них, как корабли в Саргассовом море среди себе подобных. Эх! Откуда на МКАД столько европейских «иномарок»? Во всей Европе их куда меньше! Вот жизнь! Столько машин развелось, что ни сосед – то машина!

Темнеющая МКАД жутковато напоминает «остров погибших кораблей»…

 Холодина. – 20 градусов. Последний вздох о солнечном Дунае. Об ангельских небесных одеждах. И о городках в табакерке. Наверное, будет новая сказка. Но завтра. Завтра. А сегодня…

А сегодня наш городок — переросток – мегаполис в огромных грязных сугробах, на которых кучки, кучки, кучки, собачьи кучки, которые впервые так резко бросаются в глаза… по 15 штук на квадратный метр! Даже не знаю, что было бы правильнее сделать символом Москвы сегодняшней: бал в Вене, пробку на МКАД или элитного пса в позе рожающей очередную дымящуюся жирную кучку на сугроб возле нашего подъезда…

Вот жизнь! Столько собак развелось, что ни сосед – то собака!

Вытаскиваю немыслимо тяжелую сумку с книгами и ангелами, стараюсь не задеть ни одну из замороженных собачьих куч, и не зацепится за сугробы, оплеванные окурками.

— Не хлопай дверью! — рычит из машины муж.

Слава Богу! Я дома! Ну, здравствуй, Москва!

Светлана Савицкая

17-23 февраля 2011 года

Москва- Братислава-Прага-Будапешт- Вена- и снова Москва

Поделиться в соцсетяхEmail this to someoneShare on FacebookShare on VKShare on Google+Tweet about this on Twitter

Оставить отзыв